Due to&nbsp;the expansion of&nbsp;open storage Garage Library will no&nbsp;longer be&nbsp;located in&nbsp;the Seasons of&nbsp;the Year pavilion. The new location and opening date will be&nbsp;announced later.

Please note

Main Collection

Garage Museum of Contemporary Art archive

The Lake is one of Blue Soup’s key works, in which their visual language is in its fully formed and recognizable shape. A deceptively simple landscape, created with architectural precision using 3D graphics, features a circular lake surrounded by woods. The almost static picture slowly transforms as the ice over the lake thaws and its murky waters turn into an abyss, the landscape surrounding it becoming a sort of exclusion zone created by a past or ongoing environmental, technogenic or eschatological disaster.

 A particular depressing temporality and images at the limits of what is possible were the foundation of the group’s own style of narrative building and their subsequent departure from any narrative. Their increasingly realist 3D simulations take the viewer to the uncanny valley. The Lake builds on the tradition of metaphysical landscape painting, which conveyed the experience of a landscape as an ungraspable, mystical, and mysterious object, as well as a physical reality. An important aspect of the encounter with the world created by the artists is the viewer’s perception: from the physical response and the sense of scale to the feeling of helplessness before the mysterious irreversibility of a process beyond human control.

 In 2008, the video won the Innovation Prize for Best Visual Artwork.

 The Lake is one of Blue Soup’s key works, in which their visual language is in its fully formed and recognizable shape. A deceptively simple landscape, created with architectural precision using 3D graphics, features a circular lake surrounded by woods. The almost static picture slowly transforms as the ice over the lake thaws and its murky waters turn into an abyss, the landscape surrounding it becoming a sort of exclusion zone created by a past or ongoing environmental, technogenic or eschatological disaster.

 A particular depressing temporality and images at the limits of what is possible were the foundation of the group’s own style of narrative building and their subsequent departure from any narrative. Their increasingly realist 3D simulations take the viewer to the uncanny valley. The Lake builds on the tradition of metaphysical landscape painting, which conveyed the experience of a landscape as an ungraspable, mystical, and mysterious object, as well as a physical reality. An important aspect of the encounter with the world created by the artists is the viewer’s perception: from the physical response and the sense of scale to the feeling of helplessness before the mysterious irreversibility of a process beyond human control.

 In 2008, the video won the Innovation Prize for Best Visual Artwork.

The Lake

Lyudmila Gorlova appeared on the Moscow art scene in the early 1990s. As for many of her fellow artists of the same generation, the new reality became both a difficult challenge and a kind of privilege—the decade’s dynamic socio‑political transformations demanded a renewed artistic language and instant responses to epochal shifts. Her work reflects some of the most acute issues of contemporary society such as adolescent rebellion, gender inequality, and youth culture. 
Filming for Happy End took place over several days at the viewing platform on Vorobyovy Gory (Sparrow Hills), a traditional destination for newlyweds. Everything in this video is familiar and instantly recognizable, even trivial: the off‑key choir, the out‑of‑tune orchestra, the newlyweds’ awkward dancing, and the desperate merriment of tipsy guests. Gorlova’s work draws on the tradition of Russian genre painting, where from the mid‑nineteenth century onward artists used ritual scenes to reflect the state of society, which can be seen, for example, in Pavel Fedotov’s famous The Major Makes a Proposal (1848) or The Unequal Marriage by Vasily Pukirev (1862) from the State Tretyakov Gallery collection. It also anticipates trends in pop culture represented by Zhora Kryzhovnikov’s film Gorko! (2013) or the Four Weddings reality show from 2018, where traditions turn into grotesque formalities. 
Through brilliant editing, Happy End’s documentary footage becomes a universal metaphor for human happiness, one that remains possible despite all the “winds of change” and the general instability of life at the turn of the twenty‑first century. The work thus serves both as a poetic commentary on the everyday and as a striking example of wedding anthropology.

Lyudmila Gorlova appeared on the Moscow art scene in the early 1990s. As for many of her fellow artists of the same generation, the new reality became both a difficult challenge and a kind of privilege—the decade’s dynamic socio‑political transformations demanded a renewed artistic language and instant responses to epochal shifts. Her work reflects some of the most acute issues of contemporary society such as adolescent rebellion, gender inequality, and youth culture. 
Filming for Happy End took place over several days at the viewing platform on Vorobyovy Gory (Sparrow Hills), a traditional destination for newlyweds. Everything in this video is familiar and instantly recognizable, even trivial: the off‑key choir, the out‑of‑tune orchestra, the newlyweds’ awkward dancing, and the desperate merriment of tipsy guests. Gorlova’s work draws on the tradition of Russian genre painting, where from the mid‑nineteenth century onward artists used ritual scenes to reflect the state of society, which can be seen, for example, in Pavel Fedotov’s famous The Major Makes a Proposal (1848) or The Unequal Marriage by Vasily Pukirev (1862) from the State Tretyakov Gallery collection. It also anticipates trends in pop culture represented by Zhora Kryzhovnikov’s film Gorko! (2013) or the Four Weddings reality show from 2018, where traditions turn into grotesque formalities. 
Through brilliant editing, Happy End’s documentary footage becomes a universal metaphor for human happiness, one that remains possible despite all the “winds of change” and the general instability of life at the turn of the twenty‑first century. The work thus serves both as a poetic commentary on the everyday and as a striking example of wedding anthropology.

Happy End

«Провмыза» — дуэт Галины Мызниковой и Сергея Проворова, работающий на стыке видеоарта, кино, театра, перформанса и инсталляции. Художники создают синтетические произведения, объединяющие формальные эксперименты и философскую рефлексию. Их работы пронизаны атмосферой тревоги, экзистенциальной неустойчивости и ощущением неминуемой обреченности. 

Сюжет видеоработы «Капель» (2009), снятой при поддержке Академического киноцентра при Доме культуры «Студенческий городок» (Белград), основан на знаменитой фотографии «Угасание» (1858) английского пикториалиста Генри Пича Робинсона. На снимке изображена умирающая девушка в постели, окруженная близкими. Для Галины Мызниковой и Сергея Проворова работа над «Капелью» стала актом личного проживания утраты — в тот период медленно угасал их близкий друг. Художники не стремились оживить фотографию, но искали визуальный эквивалент внутреннего состояния, метафору, способную выразить непреходящую грусть и трагичность. Построенное как камерная театральная мизансцена, видео перерабатывает классические мотивы искусства и драматургические коды. «Солнечный свет и ветер, обладающие почти метафизическими качествами, вновь и вновь проникают в пространство кадра и наполняют действие тонкими экзистенциальными и поэтическими смыслами. Конец близок. Но жизненный процесс не прерывается: он принимает форму воды, медленно заполняющей кровать и — словно продолжая сентиментальный сюжет — превращается в капель», — говорят художники.

«Провмыза» — дуэт Галины Мызниковой и Сергея Проворова, работающий на стыке видеоарта, кино, театра, перформанса и инсталляции. Художники создают синтетические произведения, объединяющие формальные эксперименты и философскую рефлексию. Их работы пронизаны атмосферой тревоги, экзистенциальной неустойчивости и ощущением неминуемой обреченности. 

Сюжет видеоработы «Капель» (2009), снятой при поддержке Академического киноцентра при Доме культуры «Студенческий городок» (Белград), основан на знаменитой фотографии «Угасание» (1858) английского пикториалиста Генри Пича Робинсона. На снимке изображена умирающая девушка в постели, окруженная близкими. Для Галины Мызниковой и Сергея Проворова работа над «Капелью» стала актом личного проживания утраты — в тот период медленно угасал их близкий друг. Художники не стремились оживить фотографию, но искали визуальный эквивалент внутреннего состояния, метафору, способную выразить непреходящую грусть и трагичность. Построенное как камерная театральная мизансцена, видео перерабатывает классические мотивы искусства и драматургические коды. «Солнечный свет и ветер, обладающие почти метафизическими качествами, вновь и вновь проникают в пространство кадра и наполняют действие тонкими экзистенциальными и поэтическими смыслами. Конец близок. Но жизненный процесс не прерывается: он принимает форму воды, медленно заполняющей кровать и — словно продолжая сентиментальный сюжет — превращается в капель», — говорят художники.

Капель

Acquired from Yulia Kozlova

Acquired from the artist

Acquired from the artists

Acquired from XL Gallery, Moscow

В своем искусстве Аня Желудь обращалась к простым и повседневным вещам — предметам быта и интерьера, наделяя их символическим значением. Бидоны, вазы с цветами и домашние тапочки становились персонажами ее пристального вглядывания. Метод Желудь — в живописи, графике или пространственных конструкциях — строился на минимализме выразительных средств, строгой линии и аскетичной пластике формы, в которых «красота неприглядности» приобретает убедительность и поэтическую значимость.

Картина «20 кг глины» относится к раннему периоду творчества, когда Желудь, по словам критиков, нашла свой узнаваемый почерк «опустошенных вещей». В это время складывалась одна из ключевых тем ее творчества — взаимодействие телесности человека и материальности предмета. Необработанная глина таит в себе следы будущих прикосновений, непроявленный потенциал. Именно поэтому она обрела портретную самодостаточность, концентрируя стремление художницы раскрыть внутреннюю силу любого объекта, преодолеть его несовершенство и попытаться проникнуть вглубь, приблизившись к красоте души.

В своем искусстве Аня Желудь обращалась к простым и повседневным вещам — предметам быта и интерьера, наделяя их символическим значением. Бидоны, вазы с цветами и домашние тапочки становились персонажами ее пристального вглядывания. Метод Желудь — в живописи, графике или пространственных конструкциях — строился на минимализме выразительных средств, строгой линии и аскетичной пластике формы, в которых «красота неприглядности» приобретает убедительность и поэтическую значимость.

Картина «20 кг глины» относится к раннему периоду творчества, когда Желудь, по словам критиков, нашла свой узнаваемый почерк «опустошенных вещей». В это время складывалась одна из ключевых тем ее творчества — взаимодействие телесности человека и материальности предмета. Необработанная глина таит в себе следы будущих прикосновений, непроявленный потенциал. Именно поэтому она обрела портретную самодостаточность, концентрируя стремление художницы раскрыть внутреннюю силу любого объекта, преодолеть его несовершенство и попытаться проникнуть вглубь, приблизившись к красоте души.

20 кг глины

Apricots

Евгений Стрелков — нижегородский художник, поэт, сооснователь дизайн‑студии «Дирижабль» и одноименного издательства, чья практика с конца 1990‑х годов развивается в русле расширенного понимания книги как медийного и концептуального поля. Более тридцати лет он исследует возможности графики как языка, способного одновременно фиксировать, трансформировать и комментировать культурные нарративы — от локального краеведения до фантастических реконструкций прошлого.

В альманахе «Ч/Б», запущенном в 2003 году Стрелковым и Андреем Суздалевым (издательство Alcool, Москва), каждый выпуск представляет собой авторское издание, в котором объединены принципы тиражной графики и книги художника. «Поворот рек» — второй выпуск «Ч/Б», состоящий из черно‑белых шелкографий с изображениями топографических карт и коротких текстов. Название отсылает к утопическому советскому проекту поворота северных рек, ставшему символом претенциозного и безрассудного, но не осуществившегося вмешательства человека в природную среду. Сегодня эти идеи обретают новое звучание: созданные художником примеры трансформации русла Волги превращаются в ироничную и едкую метафору идеологических и политических манипуляций, доведенных до гротеска. Художник противопоставляет этим амбициям образ великой реки как целостного и органичного мира.

Евгений Стрелков — нижегородский художник, поэт, сооснователь дизайн‑студии «Дирижабль» и одноименного издательства, чья практика с конца 1990‑х годов развивается в русле расширенного понимания книги как медийного и концептуального поля. Более тридцати лет он исследует возможности графики как языка, способного одновременно фиксировать, трансформировать и комментировать культурные нарративы — от локального краеведения до фантастических реконструкций прошлого.

В альманахе «Ч/Б», запущенном в 2003 году Стрелковым и Андреем Суздалевым (издательство Alcool, Москва), каждый выпуск представляет собой авторское издание, в котором объединены принципы тиражной графики и книги художника. «Поворот рек» — второй выпуск «Ч/Б», состоящий из черно‑белых шелкографий с изображениями топографических карт и коротких текстов. Название отсылает к утопическому советскому проекту поворота северных рек, ставшему символом претенциозного и безрассудного, но не осуществившегося вмешательства человека в природную среду. Сегодня эти идеи обретают новое звучание: созданные художником примеры трансформации русла Волги превращаются в ироничную и едкую метафору идеологических и политических манипуляций, доведенных до гротеска. Художник противопоставляет этим амбициям образ великой реки как целостного и органичного мира.

Альманах «Ч/Б». Выпуск «Поворот рек»

Pear

Pears

Евгений Стрелков — нижегородский художник, поэт, сооснователь дизайн‑студии «Дирижабль» и одноименного издательства. Более 30 лет он работает в жанре книги художника. Его проекты основаны на тонком взаимодействии графики и текста, а также образного и научного подходов и зачастую направлены на изучение локальной культурной памяти. В 2003 году совместно с Андреем Суздалевым (издательство Alcool, Москва) он создал альманах «Ч/Б» для исследований в области современной графики — от классических техник до цифровых форматов. В основе каждого выпуска лежит книга художника как основной медиум, соединенный с принципами периодического издания.


Выпуск «Вокал кефали» состоит из четырех несброшюрованных листов, выполненных в технике черно‑белой шелкографии и сложенных пополам. Работа основана на исследовании привычного ялтинского пейзажа — набережной, где под Рождество собираются рыбаки в надежде поймать кефаль. Стрелков трактует расположение людей как визуальные сигналы: ритмы их присутствия, зафиксированные в виде криволинейных графиков, зависят от времени суток, погоды, праздников и даже расписания телепередач. Эти данные художник преобразовал в звук с помощью компьютерной программы. Так возник условный «вокал кефали» — акустическая метафора, соединяющая два скрытых мира: подводную жизнь, недоступную невооруженному взгляду, и повседневную человеческую реальность, столь же загадочную в своей обыденности.

Евгений Стрелков — нижегородский художник, поэт, сооснователь дизайн‑студии «Дирижабль» и одноименного издательства. Более 30 лет он работает в жанре книги художника. Его проекты основаны на тонком взаимодействии графики и текста, а также образного и научного подходов и зачастую направлены на изучение локальной культурной памяти. В 2003 году совместно с Андреем Суздалевым (издательство Alcool, Москва) он создал альманах «Ч/Б» для исследований в области современной графики — от классических техник до цифровых форматов. В основе каждого выпуска лежит книга художника как основной медиум, соединенный с принципами периодического издания.


Выпуск «Вокал кефали» состоит из четырех несброшюрованных листов, выполненных в технике черно‑белой шелкографии и сложенных пополам. Работа основана на исследовании привычного ялтинского пейзажа — набережной, где под Рождество собираются рыбаки в надежде поймать кефаль. Стрелков трактует расположение людей как визуальные сигналы: ритмы их присутствия, зафиксированные в виде криволинейных графиков, зависят от времени суток, погоды, праздников и даже расписания телепередач. Эти данные художник преобразовал в звук с помощью компьютерной программы. Так возник условный «вокал кефали» — акустическая метафора, соединяющая два скрытых мира: подводную жизнь, недоступную невооруженному взгляду, и повседневную человеческую реальность, столь же загадочную в своей обыденности.

Альманах «Ч/Б». Выпуск «Вокал кефали»

Apple

Peel

Eggplant

Beetroot

Zucchini

Евгений Стрелков — художник, поэт, эссеист и куратор, чья многогранная творческая практика органично сочетает графический дизайн, мультимедиа, инсталляцию, ленд‑арт и книгу художника. Пришедший в искусство из мира физики, он неизменно сохраняет интерес к рациональному знанию, «стимпанковской инженерной эстетике и научной романтике XIX века». Стрелков — сооснователь и арт‑директор нижегородской дизайн‑студии «Дирижабль», возникшей в 1995 году как практическое продолжение одноименного литературно‑художественного альманаха, первый выпуск которого увидел свет в 1992 году. В 2003 году вместе с Андреем Суздалевым (издательство Alcool, Москва) он запустил альманах «Ч/Б». Каждый выпуск — самостоятельный художественный проект, исследующий возможности современной графики.

Состоящая из несброшюрованных листов книга «Сумма речи» — шестнадцатый выпуск «Ч/Б». Издание является документацией одноименного выставочного science‑art проекта. В его основе было радиотехническое устройство с микрофоном, процессором и динамиками, которое превращало экспозицию в насыщенную речевую среду. Принцип работы заключался в том, что на произнесенную зрителем фразу устройство генерировало ответ — реплику одного из предыдущих посетителей. Таким образом формировалась «сумма речи» — корпус изречений, произнесенных посетителями. Проект исследует идею о том, что коммуникация неизбежна и самоценна, даже если ее смысловая насыщенность сведена к минимуму. Книга включает схемы «спонтанного коммуникатора», таблицы ответов, фрагменты инженерных схем и иллюстрации из анатомических атласов. Стилистика издания, выполненная в черно‑белой гамме, отсылает к пиксельной компьютерной графике и лабораторной документации.

Евгений Стрелков — художник, поэт, эссеист и куратор, чья многогранная творческая практика органично сочетает графический дизайн, мультимедиа, инсталляцию, ленд‑арт и книгу художника. Пришедший в искусство из мира физики, он неизменно сохраняет интерес к рациональному знанию, «стимпанковской инженерной эстетике и научной романтике XIX века». Стрелков — сооснователь и арт‑директор нижегородской дизайн‑студии «Дирижабль», возникшей в 1995 году как практическое продолжение одноименного литературно‑художественного альманаха, первый выпуск которого увидел свет в 1992 году. В 2003 году вместе с Андреем Суздалевым (издательство Alcool, Москва) он запустил альманах «Ч/Б». Каждый выпуск — самостоятельный художественный проект, исследующий возможности современной графики.

Состоящая из несброшюрованных листов книга «Сумма речи» — шестнадцатый выпуск «Ч/Б». Издание является документацией одноименного выставочного science‑art проекта. В его основе было радиотехническое устройство с микрофоном, процессором и динамиками, которое превращало экспозицию в насыщенную речевую среду. Принцип работы заключался в том, что на произнесенную зрителем фразу устройство генерировало ответ — реплику одного из предыдущих посетителей. Таким образом формировалась «сумма речи» — корпус изречений, произнесенных посетителями. Проект исследует идею о том, что коммуникация неизбежна и самоценна, даже если ее смысловая насыщенность сведена к минимуму. Книга включает схемы «спонтанного коммуникатора», таблицы ответов, фрагменты инженерных схем и иллюстрации из анатомических атласов. Стилистика издания, выполненная в черно‑белой гамме, отсылает к пиксельной компьютерной графике и лабораторной документации.

Альманах «Ч/Б». Выпуск «Сумма речи»

Nina Kotel’s genre of choice is conceptual still life: rhythmic piling up of typologically related objects. She mostly paints everyday things from life, focusing on their interesting shapes. In her compositions, objects appear as if caught by peripheral vision, stealthily, which imbues them with a dynamic quality verging on abstraction. In her early series Offcuts (1982), abstract cuttings of mount were accompanied by an image of a safety razor.

In the series Unprotected, peeled fruit and vegetables are in most cases—unusually for Kotel—located in the center of the composition. Their shape caught her attention, she explains, due to its similarity to the cliffs and seas of romantic landscapes. In a separate, monumental composition we can see a trail of peels from the individual objects in the series: a reference to the paper Offcuts.

Removing the familiar outer layer, Kotel reveals the complex plasticity of organic matter. Curiously, the meticulously painted facets of peeled fruit bring to mind the careful geometric strokes of Cezanne and his Russian followers from the Jack of Diamonds group. Perhaps the way a chef prepares fruit and vegetables is not that different from an artist “preparing” objects before putting them onto the surface of the painting?

Kotel started working on this series, which has previously been exhibited as Without Skin, in 1995 and later returned to it in 2001. She did not show it to anyone until her solo exhibition Unprotected (2001) at Krokin Gallery, where it was shown together with some new variations on the theme.

Nina Kotel’s genre of choice is conceptual still life: rhythmic piling up of typologically related objects. She mostly paints everyday things from life, focusing on their interesting shapes. In her compositions, objects appear as if caught by peripheral vision, stealthily, which imbues them with a dynamic quality verging on abstraction. In her early series Offcuts (1982), abstract cuttings of mount were accompanied by an image of a safety razor.

In the series Unprotected, peeled fruit and vegetables are in most cases—unusually for Kotel—located in the center of the composition. Their shape caught her attention, she explains, due to its similarity to the cliffs and seas of romantic landscapes. In a separate, monumental composition we can see a trail of peels from the individual objects in the series: a reference to the paper Offcuts.

Removing the familiar outer layer, Kotel reveals the complex plasticity of organic matter. Curiously, the meticulously painted facets of peeled fruit bring to mind the careful geometric strokes of Cezanne and his Russian followers from the Jack of Diamonds group. Perhaps the way a chef prepares fruit and vegetables is not that different from an artist “preparing” objects before putting them onto the surface of the painting?

Kotel started working on this series, which has previously been exhibited as Without Skin, in 1995 and later returned to it in 2001. She did not show it to anyone until her solo exhibition Unprotected (2001) at Krokin Gallery, where it was shown together with some new variations on the theme.

Pear  

Pattypan Squash

Евгений Стрелков — художник, поэт, эссеист и куратор, чья многогранная практика органично сочетает графический дизайн, мультимедиа, инсталляцию, ленд‑арт и книгу художника. Пришедший в искусство из мира физики, он неизменно сохраняет интерес к рациональному знанию, оставаясь верным «стимпанковской инженерной эстетике и научной романтике XIX века». Стрелков — сооснователь нижегородской дизайн‑студии «Дирижабль», возникшей в 1995 году как практическое продолжение одноименного литературно‑художественного альманаха, первый выпуск которого увидел свет в 1992 году. Проекты студии охватывают издательскую деятельность, создание звуковых и анимационных работ, а также дизайн выставочных экспозиций.


Уже три десятилетия Стрелков развивает жанр книги художника в России. Его практика демонстрирует пластичность графического мышления и способность адаптироваться к новым визуальным контекстам, исследуя возможности изобразительного языка для анализа и осмысления культурной памяти.
«Каталог проекций» — это своеобразный рабочий дневник: черновики выставочных проектов и книг художника, созданных и выпущенных в течение трех лет (1997–1999) — от «Воздушной Арктики» до ленд‑арт инсталляции «Каллиграфия времени». Проекты обозначены буквами от a до k и расположены не хронологически, а ассоциативно: перекрестные отверстия в страницах создают визуальные и смысловые связи между разными работами. Печать белым по черному не только отсылает к фотонегативу — метафоре еще не проявленного замысла, — но и формирует особый режим восприятия: зритель словно заглядывает в лабораторию художника, где идет сортировка, сопоставление и переосмысление идей. В этом контексте Стрелков выступает в роли ироничного «натуралиста», систематизирующего не флору или фауну, а собственные художественные интенции.

Евгений Стрелков — художник, поэт, эссеист и куратор, чья многогранная практика органично сочетает графический дизайн, мультимедиа, инсталляцию, ленд‑арт и книгу художника. Пришедший в искусство из мира физики, он неизменно сохраняет интерес к рациональному знанию, оставаясь верным «стимпанковской инженерной эстетике и научной романтике XIX века». Стрелков — сооснователь нижегородской дизайн‑студии «Дирижабль», возникшей в 1995 году как практическое продолжение одноименного литературно‑художественного альманаха, первый выпуск которого увидел свет в 1992 году. Проекты студии охватывают издательскую деятельность, создание звуковых и анимационных работ, а также дизайн выставочных экспозиций.


Уже три десятилетия Стрелков развивает жанр книги художника в России. Его практика демонстрирует пластичность графического мышления и способность адаптироваться к новым визуальным контекстам, исследуя возможности изобразительного языка для анализа и осмысления культурной памяти.
«Каталог проекций» — это своеобразный рабочий дневник: черновики выставочных проектов и книг художника, созданных и выпущенных в течение трех лет (1997–1999) — от «Воздушной Арктики» до ленд‑арт инсталляции «Каллиграфия времени». Проекты обозначены буквами от a до k и расположены не хронологически, а ассоциативно: перекрестные отверстия в страницах создают визуальные и смысловые связи между разными работами. Печать белым по черному не только отсылает к фотонегативу — метафоре еще не проявленного замысла, — но и формирует особый режим восприятия: зритель словно заглядывает в лабораторию художника, где идет сортировка, сопоставление и переосмысление идей. В этом контексте Стрелков выступает в роли ироничного «натуралиста», систематизирующего не флору или фауну, а собственные художественные интенции.

Каталог проекций

1. Открытый доступ

Мастер

Provmyza

Blue Soup

Родилась в Ленинграде. Училась в Санкт‑Петербургском художественном училище им. Н. К. Рериха и Санкт‑Петербургской государственной художественно‑промышленной академии им. А. Л. Штиглица. Участница Основного проекта 53‑й Венецианской биеннале (2009). Лауреат Всероссийского конкурса в области современного визуального искусства «Инновация» в номинации «Новая генерация» (2010).

Zholud Anya

Khazan Dmitry

Strelkov Evgeniy

Родилась в Москве. Окончила Московское художественное училище Памяти 1905 года (1988). Член Московского союза художников. Участвует в выставках с 1988 года. Сотрудничает с галереей XL. Работы находятся в собраниях Московского музея современного искусства, Мультимедиа Арт Музея, Москва, Государственного центра современного искусства (ныне РОСИЗО) и др.

Catalogue of the Collection

Sort by