В связи с неблагоприятными погодными условиями вход в Парк Горького закрыт.

Внимание

Выставка «Музыка на костях»

Текст

Аудио

Видео

Стивен Коутс, музыкант и создатель проекта X-Ray Audio, ответил на вопросы младшего куратора Музея &laquo;Гараж&raquo; Екатерины Лазаревой.
Екатерина Лазарева: Как начался и развивался ваш проект X-Ray Audio?
Стивен Коутс: В 2012 году я был на гастролях в Петербурге и на блошином рынке неожиданно наткнулся на странный объект&nbsp;&mdash; рентгеновский снимок со звуковой дорожкой. В нем была такая призрачная красота, что я стал выяснять, что же это такое. Меня познакомили с легендарным ленинградским &laquo;бутлегером&raquo; Руди Фуксом, который стал одним из первых моих проводников в мир &laquo;музыки на костях&raquo; и многое мне рассказал. В ходе дальнейших изысканий стали обнаруживаться другие записи, завязывались новые знакомства&nbsp;&mdash; так постепенно возникла идея архива этих снимков и оцифровки музыки с них. В 2015 году мы издали книгу и начали показывать эти записи публично, а потом стали делать концерты, на которых в реальном времени записывали музыку на рентгеновскую пленку, используя настоящий рекордер 1950-х годов.
ЕЛ: Что будет на выставке в &laquo;Гараже&raquo;?
СК: Мы покажем недавно найденные записи, новые интервью и фильмы. Особое внимание будет уделено &laquo;случайной&raquo; эстетике, возникшей благодаря этой подпольной практике звукозаписи. Удивительно, но до нас никто не обращал внимания на красоту самого носителя &mdash; то есть рентгеновские снимки. А ведь каждый из них уникален! Поэтому на выставке мы представим их не только как предметы теневой экономики, но как художественные объекты. Наконец, в &laquo;Гараже&raquo; пройдут кинопоказы и круглый стол, посвященные вопросам музыкальной цензуры, и состоится один из наших концертов-перформансов.
ЕЛ: Как музыкант, испытываете ли вы ностальгию по временам, когда музыке придавалось такое большое значение?
СК: Да, одна-единственная песня могла быть настолько важной, что люди прилагали огромные усилия, чтобы раздобыть ее запись. То, что многое было запрещено по идеологическим причинам, повышало ценность музыки. Сегодня мы не испытываем никакого дефицита музыки: все что угодно можно послушать в любой момент, причем зачастую бесплатно. И во многих отношениях это прекрасно! Но вероятно, сегодня ни одна песня не может значить так много, сколько она могла значить в Ленинграде в 1949 году. Думаю, нам всем стоит задуматься о том, в чем ценность музыки сейчас и что бы мы потеряли, если бы она исчезла.

Интервью младшего куратора Музея «Гараж» Екатерины Лазаревой со Стивеном Коутсом

Garage Gazette публикует фрагмент статьи Стивена Коутса о &laquo;музыке на костях&raquo; из книги X-Ray Audio: The Strange Story of Soviet Music on the Bone, увидевшей свет в лондонском издательстве Strange Attractor Press, London в 2015 году.
Люди старшего поколения в России еще помнят странные рентгеновские пластинки, которые они видели и слушали во времена своей юности. Такие записи с запрещенными советской цензурой мелодиями вошли в обиход во второй половине 1940-х и бытовали примерно до середины 1960-х. В те времена индустрия звукозаписи находилась под контролем государства, но предприимчивые &laquo;бутлегеры&raquo; открыли удивительную альтернативу: они научились записывать музыку на рентгеновские снимки.
В феномене &laquo;музыки на костях&raquo; история холодной войны и запрещенной культуры переплетаются с технологиями звукозаписи и практикой ресайклинга&nbsp;&mdash; и все благодаря человеческой изобретательности и любви к музыке. Современные музыканты привыкли записывать музыку в цифровом формате. А &laquo;музыка на костях&raquo; создавалась аналоговым способом&nbsp;&mdash; кропотливо, одна копия за другой, так что каждая не только выглядела, но и звучала иначе, чем остальные. И те люди, которые записывали, продавали и слушали эти пластинки, шли на известный риск.
По аналогии с другими явлениями советской неподцензурной культуры, такими как самиздат и тамиздат, подобный способ тиражирования музыки можно назвать рентгениздат.
В первые годы революции в поиске музыки, подходящей для нового общества, активно поддерживались эксперименты. Так, развитие электронной музыки в Советской России значительно ушло вперед по сравнению с Западом. Но очень скоро стали появляться разнообразные ограничения: песни, музыканты и целые стили оказались заложниками непредсказуемой динамики официальных одобрений и запретов. Менялось отношение к композиторам, как, например, к Дмитрию Шостаковичу, которому удавалось включать музыку запрещенных стилей в кинофильмы, подавая ее в виде пародии или связывая с отрицательными героями. Некогда знаменитый и очень популярный певец Вадим Козин впал в немилость, был осужден и, уже выйдя на свободу, мог выступать, но не записываться.
<blockquote>Эти тонкие, как пергамент, пластинки отмечены следами того времени, когда музыка значила так много, что люди готовы были отправиться за нее в тюрьму.</blockquote>
Для радио формировались и пересматривались квоты на количество иностранной или танцевальной музыки в эфире.
Джаз &mdash; в первую очередь, западный,&nbsp; &mdash; оказался одним из тех &laquo;угнетенных&raquo; направлений, которые записывали на рентгеновские снимки. Латиноамериканская танцевальная музыка&nbsp; &mdash; фокстроты, самбы, румбы, танго,&nbsp; &mdash; хотя и не воспринималась как откровенно контрреволюционная, но также находилась под запретом и распространялась &laquo;на костях&raquo;.
Появившийся на Западе рок-н-ролл вслед за джазом, естественно, тоже был запрещен. При этом он был безумно популярен на советском черном рынке. Песня Билла Хейли Rock Around the Clock обрела почти мифический статус. Ее текст вряд ли может считаться антисоветским, да и вообще протестом против чего бы то ни было, однако звучащее в песне предложение бросить все ради непрекращающегося танца раздражало власть настолько же, насколько восхищало советских стиляг. Кроме того, запрещалась эмигрантская музыка. Песни одного из самых популярных исполнителей, Петра Лещенко, можно было часто встретить среди записей &laquo;на костях&raquo;.
Созданные с одной целью и затем приспособленные для другой, эти тонкие, как пергамент, пластинки отмечены следами того времени, когда музыка значила так много, что люди готовы были отправиться за нее в тюрьму. Конечно, в мире и по сей день есть места, где музыка и культура подвергаются цензуре, но в целом мы живем в эпоху, когда прослушивание любой музыки не предполагает никакого риска, никакой опасности. В чем тогда ее ценность?...

Краткое введение в рентгениздат

Ограничения, налагаемые советской цензурой на искусство, породили культуру, в которой записи популярной музыки были труднодоступны, а иногда и полностью запрещены.
В 1940&ndash;1950-е годы под запретом оказались джаз и рок-н-ролл, музыка русских эмигрантов и блатные песни, а также музыкальные стили вроде мамбо. Даже записи Вадима Козина &mdash; официальной советской звезды &mdash; были запрещены после его ареста по обвинению в гомосексуализме. Бόльшая часть этой музыки пользовалась широкой популярностью среди слушателей разных категорий, особенно среди молодежи. Недоступность и дороговизна контрабандных грампластинок привели к тому, что бутлегеры стали удовлетворять этот спрос с помощью самодельных звукозаписывающих машин и рентгеновской пленки.
Грампластинки &laquo;на костях&raquo;, продолжительностью около трех минут, почти всегда делались односторонними и записывались каждая по отдельности на 78 оборотов в минуту. Все они различались между собой. Качество записи часто было низким, а быстрая изнашиваемость пластинок компенсировалась их невысокой ценой и условной доступностью &mdash; торговля ими тайком велась на улице.
Здесь вы можете послушать эти записи &mdash; среди них песни Элвиса Пресли, Эллы Фицджеральд, Петра Лещенко и Вадима Козина.
<iframe src="https://w.soundcloud.com/player/?url=https%3A//api.soundcloud.com/tracks/339990224&amp;color=30bfb3&amp;auto_play=false&amp;hide_related=true&amp;show_comments=false&amp;show_user=true&amp;show_reposts=false&amp;visual=true" width="100%" height="450" frameborder="no" scrolling="no"></iframe>
&nbsp;

Грамзаписи на рентгеновской пленке 1946–1964

Стивен Коутс: «Наша музыка рождает артефакт, символический объект, а не музыкальные консервы»

«Гараж» представил советский музыкальный самиздат

«Это были не диссиденты, а панки»

Выставка посвящена уникальному эпизоду из жизни послевоенного советского общества: изобретательные советские меломаны использовали трофейные и самостоятельно изготовленные рекордеры, чтобы подпольно копировать на рентгеновские снимки музыку, не входившую в дозволенный цензурой репертуар.
Стивен Коутс &mdash; композитор и музыкальный продюсер, выпускник Королевской академии художеств. В 2010 году он представил на радио Resonance FM (Лондон) серию документальных программ &laquo;Звуки пропаганды и холодная война&raquo;, посвященную использованию музыки в политических целях на Западе и в СССР. Во время гастролей в Санкт-Петербурге в 2012 году Стивен открыл для себя &laquo;музыку на костях&raquo; и затем посвятил пять лет изучению этого феномена.&nbsp;
<iframe class=" text__embed__content" src="https://www.facebook.com/plugins/video.php?href=https%3A%2F%2Fwww.facebook.com%2Fgaragemca%2Fvideos%2F10155359138025923%2F" width="560" height="315" frameborder="0" allowfullscreen="allowfullscreen"></iframe>

Онлайн-тур по выставке «Музыка на костях» 

Музыкальный критик и знаток контркультуры Артемий Троицкий проводит онлайн-тур по выставке &laquo;Музыка на костях&raquo;.
<iframe class=" text__embed__content" src="https://www.facebook.com/plugins/video.php?href=https%3A%2F%2Fwww.facebook.com%2Fgaragemca%2Fvideos%2F10155427570150923%2F" width="560" height="315" frameborder="0" allowfullscreen="allowfullscreen"></iframe>

Экскурсия Артемия Троицкого по выставке «Музыка на костях»

В конце 1940-х &mdash; начале 1960-х изобретательные советские меломаны использовали трофейные и самодельные рекордеры, чтобы подпольно копировать на рентгеновские снимки музыку, не входившую в дозволенный цензурой репертуар. Бывший бутлегер Михаил Фарафанов раскрывает секреты профессии.
Бутлегером я стал в 17 лет с подачи приятеля. Во-первых, это было приключение, во-вторых, я популяризировал джаз, который только-только входил в оборот. Это было время, когда на танцверандах могли одернуть: &laquo;Вы не так танцуете&raquo;. Могли и с милиционером выпроводить.
Я просто приходил в больницу, разговаривал с медтехником и покупал снимки за какие-то небольшие деньги. Пленка могла быть уже проявлена &mdash; с черепами или руками, но иногда использовалась и совсем новая, бело-желтая. Запись на ней получалась качественная &mdash; резец шел как по маслу. Иногда техники, работавшие в рентгеновских кабинетах, доставали высохшие снимки &mdash; на таких хорошей записи было не сделать.
&laquo;Свобода&raquo;, &laquo;Би-би-си&raquo;, &laquo;Голос Америки&raquo; по-страшному глушились. Поворот ручки &mdash; и тут же страшный рев. Но я научился среди этого рева находить станции и слушать джаз в эфире. Правда, качество было плохое и не всегда получалось попасть на начало песни. Помню &laquo;Час джаза&raquo; на &laquo;Голосе Америки&raquo; &mdash; каждый день в 22:15 я слушал эту радиостанцию, как молитву. В конце 1950-х дипломаты стали привозить пластинки из-за границы. Попадались и фиктивные предложения о продаже. Чтобы раздобыть запись, я ездил и в другие города &mdash; в Ленинград, Ригу, Вильнюс.
Записывал то, что спрашивал покупатель. Песни Петра Лещенко, Александра Вертинского, Клавдии Шульженко, музыку из кинофильмов. Был, например, такой знаменитый индийский фильм &laquo;Бродяга&raquo; &mdash; страшно популярный. Большим спросом пользовались полузапрещенные романсы: &laquo;Татьяна&raquo;, &laquo;Вино любви&raquo;, &laquo;Скажите почему&raquo;. Но я пытался и пропагандировать свое: джаз, блюз, буги-вуги.
Мой круг общения в то время &mdash; это улица Горького: ребята, которые проходили по разным фельетонам. Я тоже однажды попал в фельетон (с подписью: &laquo;Еще Фарафанов продавал пластинки&hellip;&raquo;). Покупали чаще всего случайные люди. Попадались и подставные: помню комсомольца, который пытался навести на меня милицию.
Как правило, клиентов я находил возле магазинов пластинок. Любая пластинка стоила рубль (на эти деньги тогда можно было в кафе перекусить). Если брать больше &mdash; делал скидку. Зарабатывал по 20&ndash;25 рублей, какая-то часть уходила на материал и на запись.
Пластинки обычно сворачивались в трубочки. Это было неудобно, и я придумал другой способ: купил чехол из-под теннисной ракетки, обрезал его, вшил молнию &mdash; получился футляр, в который помещалось 50&ndash;60 пластинок. Прятал футляр под одеждой. Пластинки можно было использовать несколько десятков раз &mdash; все зависело от проигрывателя. На патефоне больше пяти-шести раз они не выдерживали.
Я не мыслил себе всех этих запрещений: &laquo;Это не читай! То не смотри! Сюда не ходи!&raquo; Лейтмотивом моей жизни была джазовая музыка. Я и не представляю, как бы без нее жил. Джаз &mdash; удивителен, в нем есть серьезность классической музыки и легкость популярной.

Рассказ бутлегера

7-9 лет

10-14 лет

15-17 лет

0-6 лет

Изобразительное искусство

Архитектура

Фотография

Журналистика

Психология

Музыка

Семейные

Поток

Серия

Семинары, воркшопы и тренинги

Лекции и дискуссии

Концерты, спектакли и перформансы

Кинопоказы

Выставки

Курсы

Экскурсии

Конференции

Выставки и проекты

Новость

Интервью

Talks

Циклы лекций

Конференции и семинары

Презентации книг

Арт Гид

Издательская программа Музея современного искусства «Гараж»

Спонсоры, патроны и партнеры

Информационные партнеры

Cовместная издательская программа Музея современного искусства «Гараж» и Artguide Editions

Международная издательская программа Музея «Гараж»

События библиотеки

Книги на английском

Garage Screen

Русский

Английский

Двуязычное издание (русский, английский)

Кинопрограммы

Клуб Музея «Гараж»

Программы к выставкам

События

Garage Live

Garage Dance

Академическая программа

Гранты

Полевые исследования

Клуб GARAGE

Патронство

Мастерские Музея «Гараж»

Mosaic Music

GARAGE студенческая

Гараж.txt

Кинофестиваль

Кинопрокат

Жестовый язык

Ментальные особенности

Миграционный опыт

Тифлокомментарий

Тактильные модели

Руководства по доступности

Физическая доступность

GARAGE индивидуальная

Цифровая доступность

Разнообразие

Мероприятия в «Гараже»

Издательская программа Музея современного искусства «Гараж» и издательство Strelka Press

Спецпроект

Путеводитель

GARAGE индивидуальная+1

Исследовательские лаборатории

Художественные исследования

Перевод на русский жестовый язык

Субтитры

Адаптированные экскурсии

Тихая комната

Перевод на узбекский, таджикский, кыргызский языки 

GARAGE премиум

«Мы храним наши белые сны»

«Пространство 1520»

Современная критическая мысль

Директорская серия

The Garage Journal

GARAGE круг ценителей 

Темпоральность

Инвалидность

Аффект

Преодоление

Искусство

Тело

Вневременность

Ненормативная телесность

GARAGE клуб коллекционеров

Опыт другого

Инаковость

Психическое здоровье

Травма

Личный опыт

Нейросети

Язык

7-11 лет

На ясном языке

Garage Café

Расписание занятий в компьютерном классе

Медиации

Расписание занятий в КК

Олег Баранов Going Down

Подкасты

Полка месяца. Театр

Страница издательской программы

Цикл встреч с резидентами мастерских Музея «Гараж» «Путевка в?..»

Опен-коллы

Полка месяца. Кино

Полка месяца. Современный танец

Проекты «Устная история» и «Устная история 2.0»

Посетителям, передвигающимся на инвалидной коляске

ГАРАЖ.txt

Открытое хранение

Исследовательская лаборатория «Я — бандероль, Вы — штамп»

Исследовательская лаборатория ВОКС kinema

Лаборатория изучения советского искусства Центра авангарда

ЛИСИ_ЦА

Подборки по регионам

Подборки художников

Тематические подборки

Обзоры к выставкам

Архив в Санкт-Петербурге

Публичная программа

Бесплатно

По регистрации

Бесплатно при наличии билета на выставки

Платно

По предварительной брони

По предварительной брони по телефону или почте

По предварительной брони на ресепшене

Внешние проекты

Архитектура и дизайн

Кураторство

Музейное дело

Философия

Экономика

Кино

Критическая биография

Мемуары и дневники

Владельцам карты Garage

Каталоги выставок

Исследования

Для детей

GARAGE + Ad Marginem

GARAGE PRO

Minima

Мягкая

Твердая

Твердая, суперобложка

Подборки книг

Профессиональная программа

Обзор видео

Cовместная издательская программа Музея современного искусства «Гараж» и издательства Ad Marginem

Cовместная издательская программа Музея современного искусства «Гараж» и издательства Ad Marginem. Серия GARAGE Pro

Cовместная издательская программа Музея современного искусства «Гараж» и издательства Ad Marginem. Серия Minima

Cовместная издательская программа Музея современного искусства «Гараж» и издательства Artguide Editions

Экскурсии по городу

Экскурсии по выставкам

Контакты

Часы работы

Карта Garage

Сегодня в «Гараже»

ВКонтакте

Youtube

Telegram

Оставляя свой адрес электронной почты, вы даете <a href="/agreement" target="_blank">согласие на получение рассылки</a> и принимаете условия <a href="/confidential" target="_blank">Политики Музея «Гараж» в отношении обработки персональных данных</a>.

Спасибо за интерес к Музею современного искусства «Гараж»! Вам на почту придет письмо для подтверждения подписки.

Почтовая рассылка

Подпишитесь на нашу рассылку и получайте новости о последних мероприятиях Музея «Гараж» первыми

Ваша электронная почта

Спасибо! Мы будем держать вас в курсе

Пресс-лист

Для того чтобы присоединиться к пресс-листу, пожалуйста, оставьте адрес электронной почты

Общее

Экскурсия Артемия Троицкого по выставке «Музыка на костях»

Поделиться