Музей «Гараж» и библиотека открыты! Ознакомиться с новыми правилами посещения можно здесь.

О том, как поддержать нас, можно узнать здесь.

Текст

Секретик № 25. Гадание на лесках по «Книге перемен»

В октябре 1964 года студент-китаец пишет из общежития МГУ домой, благоразумно не указывая свое имя: «Я узнал сразу две приятные новости: Китай взорвал атомную бомбу, и в СССР сняли Хрущева. Это показывает, что ветер с Запада окончательно скис. Ветер с Востока становится все более мощным. Истинные марксисты-ленинцы побеждают». Оптимистичный для Китая прогноз студента цитирует председатель Комитета госбезопасности Владимир Семичастный в своей регулярной записке Политбюро ЦК КПСС о настроениях в стране.

Студент был прав: буря перемен в России затихла, прогресс замедляется до шага. С 1966 по 1981 год 44% членов Центрального комитета КПСС остается на своем месте. Брежнев практикует бюрократическую версию даосского недеяния под названием «доверие к кадрам», что позволяет партийным работникам на местах создавать семейные династии и развивать советский феодализм, демонтировать который начнут со среднеазиатских рубежей уже после смерти Брежнева.

В октябре 1985 года к вращающейся трубе металлического ворота, врытого в землю на Киевогорском поле, были привязаны шесть лесок. Их другие концы крепились к разным деревьям на опушке леса. Акция группы «Коллективные действия» «Ворот» есть пространственное раскрытие китайской «Книги перемен» («И-Цзин»), в которой содержатся 64 гексаграммы, состоящие из шести линий, либо сплошных, либо прерывистых. У каждой гексаграммы есть толкование. Самый ранний памятник философской мысли Китая имел широкое хождение в узком кругу советских мистиков и экспериментаторов. Книга воспринималась не только практически, как способ гадания, но и символически, как нечто противоположное марксистско-ленинской идеологии. Политический проект советской власти был основан на том, что история развивается рационально, а у прогресса есть финал — коммунизм. Психологическое здоровье деятелей подполья во многом зависело от практик ритуализированной неопределенности, в которых помогали 64 гексаграммы «И-Цзин». Появляются и вариации, подчеркивающие ценность книги через пародийное снижение — соц-артистская «Книга перемен» Вячеслава Ахунова или карнавальная «Книга продолжений» Игоря Макаревича.

После того как немногочисленным зрителям раздали «партитуру акции», ее автор, Николай Панитков, начал крутить ворот. Погода тотчас испортилась. «На нас навалилась белая мгла, как будто на самом деле небо разыгрывало нашу партитуру», — вспоминал основатель «Коллективных действий» Андрей Монастырский. Как только лески начали поочередно рваться и составлять разные гексаграммы, от «Сяо- Го» («Воспитание малым») до «Кунь» («Исполнение»), облака разошлись и ветер стих. Но не сбавил темпа метафорический ветер перемен. Через два года он принес долгожданный мир в отношения Китая и СССР, когда объявленная Горбачевым «перестройка» пришла в соответствие с «политикой реформ и открытости», начатой Дэн Сяопином еще в 1978 году.

Почтовая рассылка

Подпишитесь на нашу рассылку и получайте новости о последних мероприятиях Музея «Гараж» первыми