Музей «Гараж» и библиотека открыты! Ознакомиться с новыми правилами посещения можно здесь.

О том, как поддержать нас, можно узнать здесь.

Роберт Лонго. Фильмы для карантина

Кино всегда оказывало воздействие на мое творчество. Составляющие кинематографа — актерская игра, атмосфера, свет, сценография, непосредственное присутствие персонажей — формировали визуальный язык моих произведений. И хотя я тоже снимал фильмы и занимался перформативным искусством, основную часть карьеры я посвятил созданию вещей, не имеющих временной протяженности. Рисунку и скульптуре свойствен невероятный уровень демократичности — они не полагаются на нарративные конструкции, присущие кино. И все же кинематограф, без сомнения, обладает уникальной силой воздействия и будет всегда вдохновлять меня как человека и художника.


«Все о Еве» (1950), Джозеф Лео Манкевич


Изображение 1:
«Все о Еве» (1950)
Режиссер Джозеф Лео Манкевич

Изображение 2:
Давление. 1982–1983
Музей современного искусства, Нью-Йорк
Предоставлено художником и Metro Pictures, Нью-Йорк

Эта классическая картина с участием Бетт Дэвис разворачивается вокруг человеческих амбиций, эго и саботажа. Дэвис играет стареющую актрису Марго Ченнинг, пытающуюся отстоять свое место в профессии, в то время как молодая Ева (Энн Бакстер) имитирует восхищение Марго, чтобы украсть у нее новую роль. История искусства напоминает мне последовательность ступеней постоянно расширяющейся лестницы, куда восходит всякий художник. Надеюсь, что я как художник создаю ступеньку, на которую смогут взойти будущие поколения, чтобы затем подняться выше.

Пластика Бетт Дэвис, ее движение в кадре на протяжении фильма завораживают и удивительно точно раскрывают психологию героини. Ощутимое физическое присутствие таких персонажей, как Марго Ченнинг, засело в моем подсознании с момента просмотра. Кажется, именно ею отчасти вдохновлено «Давление» из серии «Комбинации». Работа состоит из скульптурного рельефа и расположенного ниже, словно в его тени, рисунка. Смысл именно в этой гнетущей динамике, возникающей между нависающей архитектурной конструкцией и изображением ссутулившегося актера.

Помимо этой коннотации фильм попросту смешной. Героиня Бетт Дэвис умна и остроумна. В одной из сцен Марго подшучивает над успешным драматургом Ллойдом: «Милый, прояви характер, напиши мне пьесу о нормальной, милой женщине, которая просто берет и убивает своего мужа».

В фильме также играет молодая Мэрилин Монро. Вероятно, это последняя картина, озвученная ее настоящим голосом.


«В порту» (1954), Элиа Казан


Изображение 1-2:
«В порту» (1954)
Режиссер Элиа Казан

Изображение 3:
Без названия («Потемкин», «Черный квадрат»)». 2015
Предоставлено художником и галереей Thaddaeus Ropac, Лондон, Париж, Зальцбург

Марлон Брандо играет человека, мечущегося между преданностью родному брату и работой на криминальную группировку, контролирующей порт Хобокен, штат Нью-Джерси. От фильма веет безысходностью и одиночеством. В самом примитивном смысле история героя неразрывно связана с местом, где происходит действие, что вызывает во мне особенный отклик в контексте нынешней вынужденной изоляции. Персонаж Марлона Брандо находится в похожей безвыходной ситуации. Он заведомо обречен. Поэтому место действия — прибрежная портовая зона — оказывается столь значимым для истории персонажа: корабли, которые должны выйти в море, пришвартованы в доках, они колеблются на воде без какого-либо намека на настоящее движение.


«Ночь охотника» (1955), Чарльз Лоутон


Изображение 1-2:
«Ночь охотника» (1955)
Режиссер Чарльз Лоутон

Изображение 3: 
Без названия (Северный собор). 2009
Предоставлено художником и Metro Pictures, Нью-Йорк

Изображение 4:
Без названия (Снос статуи Натана Бедфорда Форреста. Мемфис, 2017). 2018
Предоставлено художником и Metro Pictures, Нью-Йорк

«Ночь охотника» — квинтэссенция жанра нуар. Роберт Митчум в образе злодея, притворяющегося священником, наводит ужас. Он умеет одинаково эффектно очаровывать и обманывать. Культовый статус приобрели татуировки «Любовь» и «Ненависть» на его руках: именно к ним и монологу «о добре и зле», сопровождающему мизансцену с татуировками, отсылает Спайк Ли в фильме «Делай, как надо» (там эти слова выбиты на кастетах). Эстетика в духе немецкого экспрессионизма — с освещением, создающим угловатые тени, — навсегда врезалась в мою память. Плоские лаконичные декорации фильма напоминают театральные подмостки. Они оказали огромное влияние на мой подход к композиции.


«Семь самураев» (1956), Акира Куросава


Изображение 1:
«Семь самураев» (1956)
Режиссер Акира Куросава

Изображение 2:
Без названия (Плот в море). 2016–2017
Предоставлено художником и Metro Pictures, Нью-Йорк

Изображение 3:
Без названия (Плот в море). Фрагмент

Для меня Куросава, бесспорно, из разряда великих режиссеров. Он повлиял на западное кино — и в то же время сам находился под его влиянием. «Семь самураев» — непосредственный прототип «Великолепной семерки» (1960) Джона Стурджеса.

Сюжет картины архетипичен, повествование старо как мир: группка «хороших» героев оберегает беззащитных жителей, сражаясь с могущественными силами зла.

В своем творчестве я часто обращаюсь к человеку и теме жертвенности. Рисунок углем, который я здесь привожу, создан по мотивам фотографии, найденной в брошюре «Врачи без границ»: на нем изображена группа беженцев на плоту в Средиземном море к югу от Сахары. Детали этой страшной истории поведал мне фотограф Санти Палаиосис. Я купил права на снимок и дополнил его изображением полосы воды шириной в десять футов — чтобы вызвать у зрителя сочувствие и создать эффект присутствия, сопричастности: зритель как будто оказывается в воде вместе с беженцами.


«Ночи Кабирии» (1957), Федерико Феллини


Изображение 1:
«Ночи Кабирии» (1957)
Режиссер Федерико Феллини

Изображение 2:
Без названия (Рентгенограмма картины Рембрандта «Вирсавия в купальне», 1654). 2015–2016
Предоставлено художником и галереей Thaddaeus Ropac, Лондон, Париж, Зальцбург

Главной героине в исполнении Джульетты Мазины отведено в фильме очень много места. Она в полном смысле слова овладевает камерой. Мазина играет проститутку, внешне напоминающую Чарли Чаплина: ее манерность очаровательна и гротескна. Феллини никогда не упускал возможности показать гиперболизированный образ сильной женщины. На всем протяжении истории репрезентацию женщин в искусстве делал проблематичной так называемый мужской взгляд, редуцирующий женщину до уровня объекта, а не субъекта, обладающего собственной волей. Мне интересно анализировать, как художники-мужчины пытались бороться с этим.

В 2015 году я начал создавать серию рисунков углем, в основе которых — рентгеновские снимки различных произведений. Она называется «Голодные призраки». Хранители многих институций — Музея современного искусства Нью-Йорка, Художественного музея Филадельфии, Лувра, Национальной галереи в Лондоне — были очень добры ко мне, позволив работать с рентгеновскими изображениями и изучать в интимной обстановке технические аспекты работ выдающихся мастеров — таких как Рембрандт, Мане, Ван Гог, да Винчи и Тициан. Рембрандтовская «Вирсавия» (1654) рассказывает ветхозаветную историю Царя Давида, который увидел купавшуюся Вирсавию, вызвал ее к себе, а ее мужа отправил воевать. В финальной версии картины Рембрандт изображает Вирсавию обнаженной, меланхоличной, смирившейся со своей частью. Мой угольный рисунок «Без названия (Рентгеновский снимок “Вирсавии”, 1654, подражание Рембрандту)» выявляет, что, как подтверждает рентген холста, первоначально Рембрандт написал Вирсавию с поднятой головой, то есть в более уверенной позе, и прикрытым телом. Демонстрация «изнанки» живописного полотна позволила мне передать борьбу, происходившую внутри художника.


«Сладкий запах успеха» (1957), Александр Маккендрик


Изображение 1:
«Сладкий запах успеха» (1957)
Режиссер Александр Маккендрик

Изображение 2:
Без названия (Статуя Марианны. Париж, Франция. 1 декабря 2018). 2019
Предоставлено художником и Metro Pictures, Нью-Йорк

Этот фильм очень точно раскрывает определенную эпоху, связанную с Нью-Йорком, и присущую этому городу энергетику. Рассказывая об агрессивном стремлении к власти, Маккендрик использует визуальный язык классического фильма нуар и немецкого экспрессионизма — двух направлений, оказавших непосредственное влияние на то, как я использую в своих работах прием светотени (кьяроскуро).

Черно-белый формат всегда казался мне воплощающим правду — возможно, потому что он является частью эстетики журналистского фоторепортажа. Многие из моих недавних рисунков углем вдохновлены изображениями политических сюжетов из средств массовой информации. Таково, например, изображение статуи Марианны на Триумфальной арке — эту статую в ноябре 2018 года разбили французские протестанты, выступавшие против проводимой французским правительством социально-экономической политики.


«Телохранитель» (1961), Акира Куросава

 
Изображение 1:
«Телохранитель» (1961)
Режиссер Акира Куросава

Изображение 2:
Самурай овердрайв. 1986
Предоставлено художником и Metro Pictures, Нью-Йорк

Эталонный «самурайский» фильм Куросавы, ремейк на который в 1964 году снял Серджио Леоне с Клинтом Иствудом в главной роли («За пригоршню долларов»). «Телохранитель» рассказывает о безымянном самурае, работающим на структуры, торгующие шелком и саке в одном японском городке. В конечном итоге самурай натравливает эти структуры друг на друга, вскрывая порочные ценности общества, жаждущего одних только денег.

В одной из сцен фильма молодой бандит приносит пистолет на битву на мечах, нарушая расстановку сил. Этим эпизодом вдохновлена моя работа из серии «Комбинации» «Самурай Овердрайв»: персонаж-самурай отсекает «технологии» — бесконечные строки машинный кода.


«Неприкасаемые» (1961), Джон Хьюстон


Изображение 1:
«Неприкасаемые» (1961)
Режиссер Джон Хьюстон

Изображение 2:
Без названия (Порванный флаг). 2018
Предоставлено художником и Metro Pictures, Нью-Йорк

Жанр вестерна произрастает из классической американы, из самой американской мечты. «Неприкасаемые» — это история неудачников: стареющего ковбоя (Кларк Гейбл), разведенной экс-стриптизерши (Мэрилин Монро), ветерана Второй мировой (Илай Уоллак) и бывшего родео-наездника (Монтгомери Клифт). Встретив друг друга, персонажи начинают охотиться за дикими лошадьми. Хороший парень-ковбой в белой ковбойской шляпе на протяжении десятилетий был иконой американской культуры. Но в начале 1960-х этот образ начал разваливаться на части.

Что больше всего интригует в этом фильме — так это размытость между кино и реальностью. Некоторая «сумятица» сопровождает не только персонажей картины, но и актеров, их сыгравших. Сразу после съемок Мэрилин Монро и автор сценария Артур Миллер подали на развод. А еще полтора года спустя Монро умерла. Кларк Гейбл умер через две недели после окончания съемочного процесса. Все это кажется мне довольно странным, незапланированным разрушением «четвертой стены». Я считаю, что мои работы также существуют где-то посередине между репрезентацией и абстракцией: между реальностью и мифом.


«Взлетная полоса» (1962), Крис Маркер


Изображение 1:
«Взлетная полоса» (1962)
Режиссер Крис Маркер

Изображение 2:
Люди в городах. Вид инсталляции на выставке The Pictures Generation, 1974–1984 в Музее Метрополитен, Нью-Йорке. 2009
Фото: Эйлин Трэвелл
Предоставлено Музеем Метрополитен, Нью-Йорк

Когда я учился в Университете штата Нью-Йорк в Буффало, я подрабатывал у режиссеров-структуралистов, таких как Холлис Фрэмптон и Пол Шаритс. Их фильмы оказали огромное влияние на мое понимание композиции и нарратива. В то время я также впервые наткнулся на «Взлетную полосу» — шедевр Криса Маркера в жанре фильма-эссе. Маркер почти целиком построил картину на статичных кадрах, избежав привязки ко времени и месту. Этот фильм оказал громадное влияние на мою серию рисунков «Люди в городах», в которой изображены одиночные фигуры на том или ином фоне: таким образом я показываю людей как абстрактные образы, лишенные пространственных координат. В целом, фильм очень повлиял на мою визуальную память.


«Презрение» (1963), Жан-Люк Годар


Изображение 1:
«Презрение» (1963)
Режиссер Жан-Люк Годар

Изображение 2:
Без названия (Крыло архангела Гавриила). 2015
Предоставлено художником и Metro Pictures, Нью-Йорк

Фильм о съемках фильма. Сюжет, заимствованный у «Одиссеи», разворачивается вокруг сценариста, которому не удается сработаться с придирчивым американским продюсером (Джек Паланс) и режиссером (роль которого исполнил легенда немецкого экспрессионизма Фриц Ланг). Параллельно герой воюет и со своей женой (Брижит Бардо). Это история о недопонимании, приводящем к тому, что герой отпускает свою жену с продюсером-американцем, и те трагически погибают, разбившись на машине. Однако прежде всего «Презрение» — очень красивое кино. Бардо, Капри — все это великолепно, а порой красота — это все, к чему должно стремиться искусство.


«Дикая банда» (1969), Сэм Пекинпа


Изображение 1:
«Дикая банда» (1969)
Режиссер Сэм Пекинпа

Изображение 2:
Без названия (Эрик). Из серии «Люди в городах». 1979–1983
Предоставлено художником и Metro Pictures, Нью-Йорк

Изображение 3:
Без названия (Вьетнам, 1968). 2017
Предоставлено художником и Metro Pictures, Нью-Йорк

Изображение 4:
Без названия (Пулевое отверствие в окне. 7 января 2015). 2015–2016
Предоставлено художником и галереей Thaddaeus Ropac, Лондон, Париж, Зальцбург

Изображение 5:
Без названия (Пулевое отверствие в окне. 7 января 2015). Фрагмент

Людей в этом фильме убивают самым жестоким образом. Я никогда прежде не встречал более жестокой репрезентации смерти. Есть здесь и настоящая, хореографически анимированная пляска смерти. Такого рода вестерны вдохновили мою серию «Люди в городах», в которой мои друзья изображены в темноте и пустоте, на грани танца и смерти.

Работая над этой картиной, Пекинпа черпал вдохновение в ежедневной хронике ужасов Вьетнамской войны. Совпав по времени с периодом моего взросления, этот поток визуализированного насилия приводил меня в ступор. Когда мне был присвоен лотерейный номер для призыва — 11, Америка в моем восприятии из страны хороших парней внезапно превратилась в империю зла. Чувствуя разочарование, я старался уменьшить визуальный шторм, который обрушивается на каждого из нас ежедневно. Я стремлюсь выхватывать изображения из телеэфира, газет, интернета — и тщательно воссоздавать их с помощью угля, словно призывая зрителей замедлить свое восприятие и как следует разглядеть то, на что они смотрят.


«Крестный отец» (1972) и «Крестный отец 2» (1974), Фрэнсис Форд Коппола


Изображение 1:
«Крестный отец» (1972)
Режиссер Фрэнсис Форд Коппола

Изображение 2:
Без названия (Ватиканские епископы). 2015–2016
Предоставлено художником и галереей Thaddaeus Ropac, Лондон, Париж, Зальцбург

Крестный отец» и «Крестный отец II» — архетипические произведения о морали, преданности и семье. В них изображена мораль, обитающая в серых зонах, а не та, что зиждется на принципах добра и зла.

В финале «Крестного отца» сцена крещения, в которой Майкл Корлеоне становится крестным отцом, происходит одновременно с убийствами, которые он заказал. Это впечатляющая метафора лицемерности, но также, возможно, и символ преданности.

Мой крупномасштабный угольный рисунок «Без названия (Ватиканские епископы)» изображает толпу священников почти в натуральную величину, благодаря чему зритель оказывается перед дилеммой: представлять себя частью этой группы посвященных людей — или же испытывать отчуждение.


«Таксист» (1976), Мартин Скорсезе


Изображение 1:
De Niro obtained his cab license while preparing for his role in Taxi Driver (1976) Dir. Martin Scorsese

Изображение 2:
Удостоверение водителя нью-йоркского такси Роберта Лонго. 1978–1979

В 1977 году мы с Синди Шерман перебрались в Нью-Йорк. «Таксист» стал одним из самых ярких открытий того времени (и еще панк-музыка). У меня этот фильм ассоциируется именно с первыми годами жизни в Нью-Йорке. Собственно, я даже работал таксистом вплоть до 1979-го, когда денег наконец стало хватать на то, чтобы заниматься творчеством и платить ренту.


«Апокалипсис сегодня» (1979), Фрэнсис Форд Коппола


Изображение 1:
«Апокалипсис сегодня» (1979)
Режиссер Фрэнсис Форд Коппола

Изображение 2:
Без названия (Задействована полиция). 2018
Предоставлено художником, Captain Petzel, Берлин, и Metro Pictures, Нью-Йорк

Назвать «Апокалипсис сегодня» Фрэнсиса Форда Копполы фильмом в высшей степени визуальным было бы, разумеется, преуменьшением. Желтый свет — цвет упадка — и разноцветный дым — оранжевый, зеленый, фиолетовый (последний — как символ-предсказание смерти героя).

Однако на ум приходит один конкретный эпизод — последовательность ночных кадров ближе к концу фильма, каждый из которых подсвечен вспышками выстрелов. Освещение мизансцены, казалось бы, исключительно военными орудиями — невероятно иммерсивная тактика, создающая удивительное напряжение.

В моих работах свет всегда создается за счет белизны бумаги. Чтобы передать действие с помощью света, я должен подходить к изобразительному процессу в обратном направлении. В традиционной живописи художник движется от темного к светлому, я же работаю от светлого к темному, «вырезая» изображение из такого древнего материала, как уголь, по сути своей являющегося пылью.


«Делай, как надо» (1989), Спайк Ли


Изображение 1:
«Делай, как надо» (1989)
Режиссер Спайк Ли

Изображение 2:
Без названия (Оскверненное еврейское кладбище. Страсбург, Франция. 14 декабря 2018). 2019
Предоставлено художником и Metro Pictures, Нью-Йорк

Изображение 3:
Без названия (Первая поправка). 2018
Предоставлено художником и Metro Pictures, Нью-Йорк

Три десятка лет спустя этот шедевр Спайка Ли по-прежнему воспринимается как мощный удар под дых. Действие, ограниченное вязким, жарким днем, строится вокруг расового конфликта в одном районе Нью-Йорка. В этом фильме Спайку Ли удается изобразить расизм как нечто крайне жестокое и неизбежное. Прошло 30 лет — а черных людей продолжают убивать во время утренней пробежки. Крайне важно признаться самим себя, что распространение расизма остается проблемой.

В работе, особенно в последние годы, меня часто мотивирует гнев. В декабре 2018 года я наткнулся на стопку старых газет, отложенных мной для чтения, среди которых обнаружил фото на девятой странице The New York Times. На поразившем меня снимке были запечатлены несколько могил на еврейском кладбище под Страсбургом во Франции. Надгробия были изуродованы практически одинаковыми свастиками: их явно нарисовал один и тот же человек неонацистских взглядов. Один из сотрудников моей мастерской смог перевести потертые, малопонятные надписи на иврите, проглядывающие из-под аэрозольной краски, в попытке восстановить хоть какую-то человечность: правая могила принадлежит вдове, по центру лежит порядочный человек, проживший долгую жизнь, а слева — религиозный человек, умерший в Шаббат. Создавая эту работу, я хотел восстановить некий баланс любви, которая не зависит ни от каких проявлений ненависти. Как художник, я испытываю моральный долг перед людьми и надеюсь, что создаю произведения, помогающие им лучше видеть вещи и занимать ту или иную этическую позицию.


«Ребята с улицы» (1991), Джон Синглтон


Изображение 1:
«Ребята с улицы» (1991)
Режиссер Джон Синглтон

Изображение 2:
Без названия («Сент-Луис Рэмс» / Руки вверх). 2016
Предоставлено художником и Metro Pictures, Нью-Йорк

«Ребята с улицы» — уникальная возможность заглянуть в мир черного населения Южного Лос-Анджелеса (так называемого Южного Централа) 1980-х. Джон Синглтон снял впечатляющий портрет хип-хоп-культуры в годы ее зарождения — и одновременно важную историю о взрослении. Выпущенный в прокат через несколько месяцев после жестокого избиения Родни Кинга, фильм предлагает тонкий, человечный подход к теме бандитского насилия. Кьюба Гудинг-младший играет Тре Стайлса — героя, которому при поддержке отца удается вырваться из банды и не совершать заказное убийство. Фильмы, подобные этому, напоминают мне о том, как важно поддерживать черных людей, живущих в Америке, и их опыт.

На моем рисунке «Без называния (Руки вверх)» изображен Кенни Бритт, играющий под номером 81 за «Сент-Луис Рэмс», который выходит на поле во время церемонии приветствия в воскресенье, 30 ноября 2014 года. Бритт был автором инициативы «Руки вверх, не стрелять», он предложил реализовать ее своим коллегам по команде. Бритт и четверо других принимающих игроков «Рэмс» вышли на поле с поднятыми руками в знак солидарности с жителями города Фергюсон, штат Миссури, и всеми протестующими против убийства полицейским безоружного подростка Майкла Брауна 9 августа 2014 года. Фото Кенни Бритта вызвало в моей памяти схожее по своей исторической значимости изображение Джона Карлоса и Томми Смита на Олимпийских играх 1968 года. Они стояли на подиуме с поднятыми верх руками в черных перчатках: впечатляющий по своей смелости и важности эпизод американской истории.


«Старикам тут не место» (2007), Итан и Джоел Коэны


Изображение 1:
«Старикам тут не место» (2007)
Режиссер Итан и Джоел Коэны

Изображение 2:
Без названия (Полиция Фергюсона, 13 августа 2014). 2014. Собрание Художественного фонда Брод
Предоставлено художником, Metro Pictures, Нью-Йорк, и Petzel, Нью-Йорк

Персонаж Хавьера Бардема несет в себе скрытое насилие. Он глубоко безжалостен.

В фильме абсолютно отсутствует музыка, усиливая и без того невероятное напряжение настолько, что даже шелест обертки от конфеты в сцене с монетой на заправке звучит неожиданно тревожно.

Создавая свои работы, я часто задумываюсь над тем, как выстроить иерархию всех элементов таким образом, чтобы спрятать главный козырь, подкрасться к зрителю незаметно.

Когда я впервые увидел снимки протестов в городе Фергюсон после убийства Майкла Брауна, я подумал, что они сделаны в Украине. Я не мог поверить, что вижу на них американскую улицу. Полицейская военщина привела меня в ярость. Рисунок «Без названия (Полиция Фергюсона, 13 августа 2014 года)» изображает шеренгу мощно вооруженных омоновцев на фоне логотипов McDonald’s и Exxon, мерцающих позади, как бы напоминая зрителю, что эта пугающая сцена — часть американской действительности.


«Прочь» (2017), Джордан Пил


Изображение 1:
«Прочь» (2017)
Режиссер Джордан Пил

Изображение 2:
Без названия (Накрытая статуя главнокомандующего армии Конфедерации Роберта Эдварда Ли. Шарлотсвилл, Виргиния. Август 2017». 2018
Предоставлено художником, Captain Petzel, Берлин, и Metro Pictures, Нью-Йорк

«Прочь» Джордана Пила — одно из главных достижений кинематографа последнего десятилетия. Пил потрясающе работает со зрительскими ожиданиями. В то время как мы ждем чего-то вроде «Угадай, кто придет к обеду» Стэнли Крамера, картина буквально опрокидывает жанр с ног на голову, уволакивая нас за собой.

«Прочь» — глубоко мрачный, сюрреалистичный, но в конечном счете смешной фильм. Хочется верить, что искусство способно помогать людям понимать суть вещей или, по крайней мере, смотреть на них по-новому.

Порой бывает легко забыть о том, что рождение американской нации сопровождалось жесточайшими преступлениями. И одна из главных ошибок этой страны заключается в том, что мы до сих пор отказываемся по-настоящему разобраться с темой рабства и компенсации ущерба. Поначалу может показаться, что этот крупномасштабный угольный рисунок изображает кусок обычного брезента. На самом же деле на нем запечатлена накрытая статуя Роберта Эдварда Ли в Шарлотсвилле, штат Вирджиния. 12 августа 2017 года в Шарлотсвилле группа белых националистов выразила протест против обсуждавшегося сноса памятника главнокомандующему армией Конфедерации Роберту Эдварду Ли, до сих пор почитаемому многими американцами. Митинг перешел в столкновения, в ходе которых погибла одна женщина и 34 человека получили травмы. Памятник генералу Ли остался на своем месте. Мне кажется, люди не помнят, что он все еще там.


«Джокер» (2019), Тодд Филипс


Изображение 1:
«Джокер» (2019)
Режиссер Тодд Филипс

Изображение 2:
Звезда смерти 2018. Фрагмент

Изображение 3:
Звезда смерти 2018. 2018
Предоставлено художником, Metro Pictures, Нью-Йорк, и галереей Thaddaeus Ropac, Лондон, Париж, Зальцбург

Это очень резкий и тревожный по своей интонации фильм. И я не припомню другого фильма за последние годы, который вызвал бы столь противоречивые отзывы. Хоакин Феникс блестяще исполнил свою роль, его танец на ступенях лестницы вызывает удивительно дискомфортное ощущение. Но больше всего эта работа заинтересовала меня тем, как авторы подошли к теме психических расстройств в американском контексте — и с какой легкостью, как показано в фильме, человек с психическим расстройством может получить доступ к оружию.

Я всегда был сторонником реформы «здравого смысла» по ужесточению контроля за оружием в США. В 1993 году я создал скульптуру из 18 000 38-калиберных пуль, покрывающих поверхность сферы диаметром 36 дюймов, подвешенной на стальном каркасе. Это моя первая работа под названием «Звезда смерти». 18 000 пуль соответствуют примерному числу убийств, совершенных с применением огнестрельного оружия в Америке в 1993 году. Идея возникла после того, как мой 15-летний сын, придя однажды из школы, взволнованно рассказал, что кто-то из детей во время драки на баскетбольной площадке вытащил пистолет. Его горящие глаза встревожили меня: я боялся, как бы мои дети не стали считать огнестрел «крутой штукой». Я погрузился в тему владения оружием и начал создавать работы, подчеркивающие и усиливающие форму пистолета и пули, стремясь придумать новый визуальный образ. Это вылилось в серию «Теломолотки».

За прошедшие годы насилия с применением огнестрела в Америке стало гораздо больше, и в 2018-м я сделал новую версию той скульптуры. Каждая пуля в ней соответствует приблизительному количеству смертей от огнестрельного оружия в Америке в 2017 году: моя новая «Звезда смерти» состоит уже из 40 000 30-калиберных пуль от винтовки AR-10 и значительно увеличилась в размере, достигнув 72 дюймов в диаметре. Когда зрители впервые видят этот объект, они не сразу понимают, что это. Он выглядит безобидно, напоминая, к примеру, диско-шар. Однако более детальный осмотр — когда становится понятно, что это пули, приводит публику в ступор. Создание искусства на материале трагических событий является частью определенной традиции, в рамках которой мне вполне комфортно, но этого было недостаточно. 20% от продажи «Звезды смерти 2018» я перечислил в Everytown for Gun Safety — некоммерческую американскую организацию, выступающую за усиление контроля за оружием

Почтовая рассылка

Подпишитесь на нашу рассылку и получайте новости о последних мероприятиях Музея «Гараж» первыми