В связи с существующими ограничениями посещение 2-й Триеннале российского современного искусства осуществляется по билетам с фиксированным временем. Просим вас приобретать билеты заранее онлайн на свободные слоты.

Дмитрий Булатов «Сovid и искусство глубоких медиа»

::vtol:: / Александра Гаврилова. Экспериментальная визуализация для проекта «Необязательные притяжения». 2020
Магнетит, электроды, компьютерные алгоритмы и электроника
Фото: Дмитрий Морозов

Нынешний корона-кризис я воспринимаю как шанс пересмотреть наши отношения с миром. В том числе — в части культурного и художественного производства. В основе этих отношений лежит традиция, которая воспроизводит все шаблоны эпохи Просвещения. В этой традиции (включая художественную) живое понимается в его отличии от неживого, активное — от пассивного, а человек — единственный, кто превосходит окружающий мир. А раз так, значит, мы можем изменять этот мир ради достижения неких предустановленных целей. Сегодня такая позиция — ее можно назвать патерналистской или антропоцентрической — выглядит архаично, потому что она производит несимметричные и неравноправные отношения с окружающим миром. На деле она ведет не только к деградации окружающей среды, но и к обязательному ответу со стороны этой среды — к различным неожиданным эффектам, вроде эпидемий, экологических и техногенных катастроф.

::vtol:: / Александра Гаврилова. Экспериментальный стенд для проекта «Необязательные притяжения». 2020
Магнетит, электроды, компьютерные алгоритмы и электроника
Фото: Дмитрий Морозов

Для того чтобы соответствовать современной повестке, нам нужно предложить иной способ мышления о мире. Речь идет о попытках преодоления антропоцентризма и рассмотрении различных сущностей вокруг нас — вирусов и тел, алгоритмов и технических устройств, кристаллов и электрических полей — в качестве агентов, взаимодействующих друг с другом в едином процессе. Иными словами, мы должны найти подход, в котором «человеческое» и «нечеловеческое» выступали бы в качестве равноправных участников интеракции. Такой подход был бы способен производить реальность, в которой автономия, свобода выбора и креативность не считались бы атрибутами только человеческого. Именно такие принципы и лежат в основе направления, получившего название глубоких медиа (deep media). Это такая область исследований, которая разрабатывается сегодня на стыке искусства, философии и науки. В фокусе внимания глубоких медиа — встреча с воздействием физических составляющих земли, воды и атмосферы (в частности, магнитных, электрических и гравитационных полей), а также субстратных элементов технических систем (металлы, молекулы, кристаллы и др.). Основной пафос глубоких медиа — переосмысление материальности и условий, при которых элементы материи обретают техническую форму. Взаимодействуя друг с другом, они порождают сложную системную целостность — новые пространства жизни, где человеку отводится не самая важная роль.

::vtol:: guest. 2020
Кинетическая, электромагнитная и звуковая инсталляция, реконструирующая момент падения Сихотэ-Алинского метеорита. Общий вид
Фото: Даниил Примак

Искусство глубоких медиа (deep media art) может выглядеть по-разному. Это могут быть высокотехнологичные объекты и устройства — например, аппарат межвидовой связи «человек — грибница» словенской художницы Саши Спачал, или оптическая система Ральфа Беккера, работа которой основана на показателях магнитного поля Земли. Такие проекты сложно представить без элементов IT, робототехнических или биомедицинских приложений. Есть и переходные форматы — например, реэнактмент известных опытов по воссозданию атмосферы доисторической Земли, который предпринял американский художник Адам Браун, или, скажем, онлайн-сторителлинг голландского художника Флориса Кайка. Этот список можно продолжать, но важнее обратить внимание на то, что в него входят и российские художники. Например, Дмитрий Морозов в своих произведениях также обращает наше внимание на куда более симметричное взаимодействие человеческого и нечеловеческого. Все его проекты ставят под вопрос человекоцентричную оптику с ее стремлением изобразить материю в качестве пассивной и безмолвной силы. В отличие от традиции, которая испытывает глубокое недоверие к материи, каждая из машин-метафор Морозова — это описание материального мира на уровне динамических взаимоотношений.

::vtol:: guest. 2020
Кинетическая, электромагнитная и звуковая инсталляция, реконструирующая момент падения Сихотэ-Алинского метеорита. Общий вид
Фото: Дмитрий Морозов

В deep media art присутствуют и более традиционные медиа — живопись и скульптура, видео и фотография. В этом отношении глубокие медиа можно рассматривать как опытное поле для различных подходов. Тем не менее, у всех этих проектов есть основа, которая связывает их друг с другом — это попытки художников обратить наше внимание на текучие свойства материи. В этих проектах их материальная составляющая более не выступает в качестве безмолвного и пассивного свидетеля некоего знакового порядка. Материальность анализируется здесь как условие возможности этого порядка. Таким образом, в произведениях deep media art мы видим претензию на смену дисциплинарной аксиоматики. Это проявляется в отказе художников от стратегий накопления и усовершенствования визуальных образов в пользу исследования порождающего их принципа. Например, если традиционный медиаарт имел дело с производством компьютерных или видеоизображений, то deep media art анализирует эту образность с точки зрения геологической основы hardware — золота, меди, свинца и т. д. — или экономических путей поставки этих составляющих. Иначе говоря, deep media art — это не конвенциональная «цифровая» эстетика, которая транслирует риторику культуриндустрий. Это, в первую очередь, анализ коммуникативных прав элементов, которые образуют различные технические устройства, и соответственно, определяют возможности содержаний медиа.

::vtol:: guest. 2020
Кинетическая, электромагнитная и звуковая инсталляция, реконструирующая момент падения Сихотэ-Алинского метеорита. Образец осколка метеорита
Фото: Даниил Примак

Мы живем в едином процессе переплетения «человеческого» и «нечеловеческого». Но часто это скрыто от нас нашими повседневными практиками, и искусство не является здесь исключением. Если мы хотим противостоять этой, ставшей уже общим местом, идее о том, какие мы особенные и как отличается человек от окружающего мира, то у нас есть лишь один путь. Нужно попытаться увидеть этот механизм разделения и господства — и поверить в возможность выхода из него. В этом и заключается, на мой взгляд, урок пандемии, который нам еще предстоит усвоить: если мы хотим заразить мир искусством, мы должны положить конец своему белковому шовинизму.

Прибалтика, июль 2020


Об авторе

Дмитрий Булатов — художник, теоретик искусства, куратор Государственного центра современного искусства (Балтийский филиал). Организатор проектов в области art&science и новых медиа. Член редакционных советов журналов DOC(K)S (Франция) и NOEMA (Италия). Дважды лауреат Всероссийского конкурса в области современного визуального искусства «Инновация». В 2014 году был номинирован на «Золотую Нику» фестиваля Ars Electronica (Австрия) в разделе Visionary Pioneers of Media Art.


О художнике 

Дмитрий Морозов (::vtol::) — художник, исследователь. Работает на пересечении искусства, науки и технологий, создавая роботизированные инсталляции, гибридные и интерактивные проекты. Его произведения были представлены на различных выставках и фестивалях в России и за рубежом. Лауреат Премии Сергея Курёхина (2013), Prix Cube (Франция, 2014) и почетных упоминаний VIDA 16.0 (Испания, 2014), Ars Electronica (Австрия, 2015, 2017). Живет и работает в Москве.

Почтовая рассылка

Подпишитесь на нашу рассылку и получайте новости о последних мероприятиях Музея «Гараж» первыми