Иван Новиков и Дарья Сетевинец, художники финального сезона, обращаются к новейшей истории Дома Наркомфина, когда государство, в котором он был построен, осталось в прошлом, а существование здания было под угрозой. В своих инсталляциях авторы исследуют визуальность памятника конструктивизма до его реконструкции.
Первоначальный облик Дома Наркомфина, его интерьеры, задуманные архитектором Моисеем Гинзбургом, были видоизменены и разрушались. Колористические решения, разработанные приглашенным из Баухауса художником Хиннерком Шепером с учетом психофизиологического воздействия цвета на человека, оказались скрыты под слоями краски. Иван Новиков в процессе работы с архивами пристально изучил фигуру немецкого художника и фотографа Гюнтера Фёрга, приехавшего в середине 1990-х в Москву для съемки конструктивистской архитектуры. Так исторический авангард оказался связан с современным искусством, а Новиков выстроил в своей инсталляции псевдодокументальное повествование о том, как Фёрг искал сведения о работе Шепера.
Несмотря на все сложности, жизнь в здании продолжалась. В 2000-е и 2010-е годы, когда единичные квартиры были приватизированы, часть принадлежала городу, другая — инвестиционной группе «Коперник», Дом Наркомфина заселили представители художественной и театральной среды, архитекторы и журналисты, в нем проводили выставки, перформансы и играли спектакли. Старые жильцы и новые обитатели перекраивали пространство в меру собственных возможностей и нужд — Дарья Сетевинец, исследуя интернет-архивы, обнаружила, что особенно часто для зонирования использовались фанерные перегородки, а для утепления — байковые одеяла. В ее инсталляции эти материалы становятся носителями памяти о недавней истории.



