В связи с монтажными работами в Парке Горького рекомендуем пользоваться входом с Ленинского проспекта.

Мобильный гид к выставке «Рашид Араин. Ретроспектива»

Добро пожаловать на первую выставку работ Рашида Араина в России. Рашид Араин родился в пакистанском городе Карачи в 1935 году. Взяв за основу своего искусства минимализм, он совместил его с политической повесткой дня и глобальным видением. По словам художника, его творчество представляет собой «путешествие идеи», которая состоит в том, что геометрия и равенство людей тесно связаны. Эта связь чаще всего напоминала о себе в архитектуре и градостроении. От архитекторов эпохи Просвещения — Этьена-Луи Булле и Клода-Николя Леду — до городских планов Ле Корбюзье и Оскара Нимейера симметрия была призвана передать стремление к разуму и справедливости для всех. Соответственно, произведение искусства, основанное на принципах геометрии и симметрии, обладает потенциальной способностью преодолевать культурно-политические барьеры и обращаться напрямую к любому зрителю, вдохновляя его к лучшей, более плодотворной жизни. Геометрия достигает этого в силу того, что разрыв между чувственно воспринимаемым элементом и значением в ней минимален. Конечно, квадрат может рассматриваться как некая аллегория, но в первую очередь он является простой формой, которая обнаруживает фундаментальные параметры физического мира.

Эта идея восходит к античной философии. Платон в диалоге «Горгий» говорит устами Сократа о том, «как много значит и меж богов, и меж людей равенство», и уточняет: «Я имею ввиду геометрическое равенство». Много веков спустя в «Посланиях братьев чистоты и друзей верности» — серии научных и теологических трактатов, которая была создана сообществом мыслителей «Братья чистоты», основанном в Xвеке в Басре, — излагается, в числе прочего, теория пропорций. Эта теория гласит, что арифметика и геометрия с присущими им пропорциями теоретически могут содействовать духовному совершенствованию и обновлению этики.

В числе относительно недавних перепевов этой идеи можно упомянуть произведения русского авангарда. Для большинства художников-авангардистов, поддержавших цели Октябрьской революции, геометрия в искусстве была не просто стилем, а наиболее эффективной репрезентацией эгалитарной веры в новое общество. Казимир Малевич в «Декларации I», написанной в 1918 году, призывал: «Да будет новая симметрия социальных путей». В XX веке формальные и политические принципы авангарда не раз становились предметом художественного и философского переосмысления, в числе результатов которого можно назвать кинетическое искусство и минимализм. Обычно термин «авангард» фигурирует в непосредственном соседстве с такими понятиями, как «утопия» и «идеализм» — тем самым предполагается, что его яростный антиэлитарный пафос ярок, но бесплоден.

В последние годы с ростом влияния феминизма и постколониальной проблематики как в общественно-политической, так и в академической сфере происходит возрождение интереса к художникам с широким политическим горизонтом. Араин служит хорошим примером. Это один из немногих послевоенных художников, которые подхватили представление об искусстве как о борьбе за справедливость и право быть видимым и слышимым. Для Рашида Араина симметрия является ключевым понятием как искусства, так и жизни. Художник сосредоточил свои усилия на создании искусства одновременно морального и прогрессивного. Этот гид рассматривает работы Араина в диалоге с художниками и мыслителями русского авангарда, помещает их в контекст, сближающий идеи пакистанского художника со знакомой нам борьбой за освобождение. Это не значит, что русский авангард был исходным пунктом творчества Араина. Проводя параллели с русскими художниками и интеллектуалами, мы хотим лишь выстроить локальный контекст для понимания общих целей универсального художественного языка и антиимпериалистической образности.

В своем «путешествии идеи» Араин часто двигался окольными путями. Но не потому, что идея о связи геометрии и равенства людей была ложной. Просто само существование таких универсальных произведений искусства не может быть достаточным условием для преодоления мирового неравенства и угнетения. Подобно многим художникам из бывших колоний, Араин должен был бороться за право формулировать эту идею и отстаивать свою независимость как субъекта от обстоятельств собственной биографии. Делать искусство как таковое, делать чистое искусство без отсылок к обстоятельствам — это привилегия, которая по сей день закреплена за художниками европейского происхождения.

Мы часто думаем об искусстве как об универсальном языке, который обращается ко всем и каждому в современном мире. Однако в действительности это происходит редко, что и обнаружил Араин, когда он — как выходец из бывшей британской колонии — столкнулся с трудностями стать частью арт-мира.Эта выставка показывает, как Араин боролся с институциональным расизмом и работал над созданием искусства, открытого для всех — искусства и как вида деятельности, и как комплекса значений. Ретроспективу Араина можно рассматривать и в качестве важной альтернативы широко принятому во всем мире подходу к рецепции авангарда. Масштаб и серьезность, с которыми Араин реализует свою «идею», выходят далеко за рамки галерейного пространства и мира искусства вообще. И если вспомнить презрительное отношение советских экспериментаторов к колониальной политике Запада, можно установить связь Араина с наследием авангарда не только на формальном, но и на политическом уровне.