Обновленные правила посещения доступны по ссылке. Для посещения выставок необходимо заранее купить билет онлайн на определенный временной интервал.

Дневник Алины Хайрутдиновой

Дневник медиаторки

Пусть мой дневник будет тканью разорванных замечаний, наблюдений и мыслей. Здесь нет попытки запомнить каждый рабочий день особенным (хотя они и были особенными, хотя их и было всего семь). Это продукт, написанный постфактум, эдакая сборная солянка наблюдений.

Во время подготовки к «Арт-эксперименту» мы случайно пересеклись в галерее на Ходынке с Юлей и Женей, медиаторами и моими знакомыми с Уральской индустриальной биеннале. Юля цитировала чьи-то слова о том, что медиация — это создание ситуации. Ситуации дискуссии, спора, развеществления, обомления, отторжения etc. И эти слова сильно мне запомнились. Я могу перечислить по пальцам несколько ситуаций развернутых диалогов, которые состоялись у меня с посетителями, но я побоюсь назвать хотя бы одну из них той самой ситуацией. Думаю, это и потому, что смен было немного, и потому, что по времени мы были строго ограничены таймингом — нужно было ограничивать долгие дискуссии. Наверное, это здраво — признавать, что той-самой-медиации у тебя пока не случилось. Я чувствовала единство и согласие с теми, кто на последней встрече медиаторов отмечал избранность и единичность истинного опыта медиации.

Мы должны были встречать посетителей перед началом экспозиции, и однажды мне снились параноидальные сны, где я собирала посетителей в вестибюлях метро, — так глубоко рабочий процесс проник в мою голову.

Еще думаю, что все-таки лучшая медиация, самая чистая медиация, на мой взгляд, — это, метафорически, человек в футболке с надписью «ask me». Чтобы человек шел к медиатору или медиаторке уже с каким-то эмоциональным фоном/вопросом/запросом. Иначе сложно абстрагироваться от того, что я как медиаторка нужна не для разговора, а для оказания услуги, говоря языком рынка: сопровождения во время экскурсии, разогрева, оказания внимания.

С другой стороны, вот пишу это сейчас и думаю: попросту мне лично нужно научиться «нападать» на людей, чтобы в разумных количествах дестабилизировать их там, где можно и нужно (не поймите меня агрессивно, я вообще человек не агрессивный, я о другом...). Иначе можно ли вообще о современном искусстве говорить только на языке учтивости и улыбки?

Одной из моих целей было научиться говорить об искусстве на простом языке. Я все же ощущаю сильную проф. деформацию, обучаясь на искусствоведческом направлении, близко общаясь только с людьми, так или иначе связанными с искусством (по-другому пока не получалось), и проч. и проч. А надо же об искусстве суметь и по-простому, и для тех, для кого это в первый раз, и с теми, кому в общем-то все равно до предмета разговора. Может, что-то да и вышло у меня, но от себя не убежишь: группу, в которой у меня были художники/искусствоведы/музейщики, я сразу раскусила и кайфовала с ними, по секрету говоря, может быть, больше всего. Что сказать, общность по интересам все еще решает.

Еще с особым жаром воспринимаешь информацию из областей знаний, о которых раньше ничего не знал. Так, удалось поговорить со студенткой биологического факультета о механизмах того, как человек воспринимает запахи, кто-то объяснял группе устройство космоса, разворачивая дискуссию вокруг «Свечи» Кэти Патерсон. Однажды шла из музея до метро с двумя посетительницами: говорили и о проекте, и об искусстве, и о музеях, да и вообще о жизни. Приметив их на выставке, сразу отметила, что они очень напоминали мне мою мать. Видимо, сработал Фрейд в действии — а в коммуникации между людьми, кажется, немалая роль отводится личным мотивам.

Никому не нравится запах из колбы, разработанный для «Купчихи» Кустодиева, также как никто не соглашается, что запах в колбе похож на образ того, как пахло бы на рынке/в картине. Это работает почти как аксиома.

А если не про людей и не проект, а про то, что остается после него, — то меня пока, пожалуй, сильнее всего радует факт знакомства с работниками «Гаража», которые чаще всего остаются обезличенными: сотрудники службы безопасности, смотрители и смотрительницы, работники и работницы стоек информации. Много ли внимания мы обращаем на тех, кто осуществляет ежедневное функционирование музея? Чаще всего помнятся какие-то громкие имена. Мне приятно заходить в Музей и слышать от сотрудника службы безопасности «Здравствуйте, товарищ медиатор», быть своей с ребятами у стоек информации, приходить на выставку, видеть знакомые лица смотрительниц и улыбаться друг другу.

Почтовая рассылка

Подпишитесь на нашу рассылку и получайте новости о последних мероприятиях Музея «Гараж» первыми