Обзор изданий о Луиз Буржуа

Материал подготовили Евгения Абрамова, Елена Ищенко и Валерий Леденев.

В Музее современного искусства «Гараж» проходит выставка «Луиз Буржуа. Структуры бытия: клетки», в рамках которой представлено около 80 работ художницы. Научный отдел «Гаража» составил подборку книг из музейной библиотеки, позволяющих получить как самое общее, так и более детальное представление о работах легендарной американской художницы.

Mignon Nixon. Fantastic Reality. Louise Bourgeois and a Story of Modern Art.

Cambridge: MIT Press, 2005. — 338 p.

Книга Миньон Никсон, американского профессора, историка искусств, члена редакции журнала October, о Луиз Буржуа, изданная в 2005 году, стала первой и наиболее полной монографией о творчестве художницы. Никсон начинает разговор о работах Буржуа, выстраивая сначала декартову систему координат, где по вертикали располагается психоанализ, а по горизонтали — феминизм. Но уже в первой главе, посвященной разбору символического и биографического «служения» Буржуа сюрреализму, Никсон переходит к такому способу изложения, который можно сравнить с плетением паутины вокруг работ художницы и с самими этими работами. Буржуа, находясь в центре повествования, становится той, кто создает саму историю искусства, историю модерна. Непрерывно воспроизводящийся интерес художницы к фигурам ребенка и матери, к агрессии и стремлению к смерти оказывается включен в невероятно сложно устроенную фантастическую реальность. Никсон удается расположить элементы этой реальности в книге настолько отчетливо и выразительно, насколько это возможно, обращаясь к истории психоанализа от Фрейда к Мелани Кляйн и от сюрреализма к феминистскому искусству. Е. А.

Robert Storr, Paulo Herkenhoff, Allan Schwartzman. Louise Bourgeois.

London: Phaidon Press, 2003. — 160 p.

Эта книга, дающая краткий, но емкий обзор творчества Буржуа, была выпущена в издательстве Phaidon Press в рамках серии Contemporary Artists (в нашей библиотеке она представлена в полном объеме). Центральным здесь является эссе американского куратора и критика Роберта Сторра. Его текст, хотя и написан в традиционном жанре «очерка жизни и творчества», демонстрирует более широкую перспективу анализа, чем та, что успела сложиться в многочисленных публикациях о художнице, изобилующих поверхностными ассоциациями и психоаналитическими клише. Рассказывая о работах Буржуа, Сторр, с одной стороны, придерживается описательной позиции и формалистического анализа. При этом он подробно останавливается на инновативности ее работ, превращении художницей скульптуры в пространственный энвайронмент и обращении к «нехудожественным» материалам при их создании. С другой стороны, Сторр обозначает возможность политической перспективы в разговоре о Буржуа. Биографические включения, взятые из ее текстов и интервью, оказываются в его интерпретации архетипическими социальными моделями (здесь его нарратив приближается к феминистской проблематике), а работы Буржуа увязываются не только с частной психологической, но и с внешней реальностью, к событиям которой художница была чуткой и внимательной. В дополнение к этому Сторр сосредотачивается также на критике Буржуа искусства модернизма, и его анализ тем самым неизбежно приближается к оптике постмодерна. Анализ конкретной работы — «Клетка (Тебе бы стать взрослой)» (1993) — предлагает другой автор книги Аллан Шварцман. Завершается издание подборкой текстов самой Луиз Буржуа. В. Л.

Louise Bourgeois. The Return of the Repressed.

London: Violette Editions, 2012. 2 volumes. — 310 and 192 pp.

Двухтомник «Возвращение вытесненного», как следует из названия, посвящен психоанализу — мотивационной и аналитической силе, к которой постоянно обращалась Луиз Буржуа в работе и в жизни. Составленный хранителем литературного архива художницы Филипом Лэрреттом-Смитом, он состоит из семи научных эссе (первый том) и порядка 80 сочинений самой Буржуа (второй том). Тягу к психоанализу Лэрретт-Смит во вступительной статье объясняет во фрейдистском ключе — смертью отца, обращение к искусству — смертью матери. Другие авторы (Миньон Никсон, Дональд Каспит и др.) углубляют психоаналитический подход к ее творчеству, говоря о попытке сближения с Другим («Я хочу создавать мосты. То, чего я хочу, — быть ближе к другим»), о бессознательной ревности («Вдруг я осознала свою ревность и ненависть по отношению к Сэди (любовнице отца. — Е. И.). Эта ревность всегда была вытесненной»), о фигуре отца (например, Буржуа вспоминает, как ее отец прогуливался по дому в ночном белье, держась за гениталии), о страхе быть покинутой и о постоянном гнете воспоминаний. Из этих текстов складывается детальная биография художницы — с телефонными звонками, встречами, внезапными депрессиями и подробностями отношений с членами семьи. В эту канву вплетаются ее работы, которые часто оказываются лишь иллюстрацией к биографии и теории психоанализа. С подобной иллюстративностью борется второй том: письма и дневники Луиз Буржуа, ее записки на клочках бумаги, в которых психоаналитический подход разбавляется иронией и поэзией. Чего только стоит письмо другу, написанное на обороте приглашения на ее персональную выставку в нью-йоркской Norlyst Gallery в 1947 году: «Если я создаю одну, две, три, четыре скульптуры, то, значит, я должна повторять себя, чтобы быть уверенной, что мое сообщение дошло до тебя; если тебе нужно десять — я сделаю десять, сто, бесконечность — я никогда не устану». Е. И.

Олеся Туркина. Луиз Буржуа: ящик Пандоры / Olesya Turkina. Louise Bourgeois: Pandora’s Box.

М.: Ад Маргинем Пресс, 2015. — 134 с. На русском и английском языках

Хотя публикации о Луиз Буржуа выходят по всему миру с завидной регулярностью, практически ни одна из них не переводилась на русский язык. Приятное исключение — книга Олеси Туркиной, вышедшая в 2001 году, когда Государственный Эрмитаж открывал первую в России музейную выставку художницы (к открытию экспозиции в «Гараже» работу перевыпустили в рамках совместной издательской программы Музея и издательства «Ад Маргинем Пресс»). Как и многие авторы, Туркина романтизирует фигуру Буржуа в свете автобиографичности ее работ — аспект, который неоднократно столь явно подчеркивался самой художницей, что обойти его для исследователя, кажется, не представляется возможным. Останавливаясь, как и Роберт Сторр, на критике Буржуа модернистского проекта, Туркина ставит ее скульптуры в контекст русского авангарда, который художница знала не понаслышке, дважды побывав в СССР в 1930-е гг. Туркина в дополнение к этому отмечает «аффективный» поворот, осуществляемый Буржуа, вместо «поисков “праязыка” обратившейся к “физиологии”» своего эмоционального мира и, как следствие, проблемам формирования идентичности. Автор намечает контуры анализа творчества Буржуа с позиции гендерных исследований, проблемы конструирования «мужского» и «женского» внутри патриархального общества, а также намеренной «андрогинии» многих работ художницы. Туркина не предлагает теоретического анализа, но эксплицирует подобные аспекты, «проговаривая» их в прямой речи Буржуа, обильно цитируемой на страницах издания. Книга заканчивается рассказом о личной встрече автора с художницей, написанном почти в литературном ключе и полном любопытных наблюдений и деталей. В. Л.

Луиз Буржуа. Структуры бытия: клетки.

Мюнхен, Лондон, Нью-Йорк: Prestel; М.: Artguide Editions, 2015. — 295 стр.

Московская выставка Луиз Буржуа приехала в «Гараж» из мюнхенского Дома искусства, а выпущенный к ней оригинальный каталог был переведен на русский язык силами нашего Музея. В издании подробно задокументирована и проанализирована скульптурная серия «Клетки», над которой художница работала на протяжении последних 20 лет своей жизни. Помимо обзорного текста куратора выставки и мюнхенского Дома искусства Жульен Лорц, а также двух интервью с ассистентом художницы Джерри Горовым (его собеседники — Линн Кук и главный куратор «Гаража» Кейт Фаул), книга включает пять текстов об основных работах серии: «Драгоценные жидкости» (1992), «Красная комната (Ребенок)» и «Красная комната (Родители)» (1994), «Опасный проход» (1997), «Кроличьи шкурки, тряпье и металлолом на продажу» (2006) и «Клетка (Последнее восхождение)» (2008). Вместе они дают объемное представление о творческом процессе художницы и волнующих ее темах: бытия женщиной, телесности, ситуации вуайеризма, соотношения пространства и памяти, тела и архитектуры, сознательного и бессознательного. Е. И.

Луиз Буржуа в Эрмитаже.

СПб.: Государственный Эрмитаж, 2001. — 104 с.

Крупномасштабной российской «премьерой» работ Буржуа стала выставка в Государственном Эрмитаже, прошедшая в 2001 году. В библиотеке «Гаража» имеется ее каталог. Его теоретическая составляющая относительно небольшая и ограничивается статьей Софьи Кудрявцевой с общими сведениями о художнице. Издание любопытно тем, что знакомит читателя с самыми малоизвестными работами Буржуа — документальными фотографиями, сделанными ей во время поездки в СССР в 1934 году. Художница, как известно, хотела написать о своем путешествии статью, которая в итоге не увидела свет. На снимках, опубликованных в каталоге, запечатлен уличный парад с декорациями и лозунгами, отсылающими к эстетике советского авангарда. Эти свидетельства интересны не только с точки зрения творчества самой Буржуа, которая, в частности, неоднократно упоминала о своих симпатиях к работам Владимира Татлина, но и с точки зрения судьбы авангардного проекта в СССР в 1930-е гг. В. Л.


Почтовая рассылка

Подпишитесь на нашу рассылку и получайте новости о последних мероприятиях Музея «Гараж» первыми