Обзор изданий об искусстве регионов России

Материал подготовили Ильмира Болотян, Марьяна Карышева, Валерий Леденёв, Мария Шматко и Юрий Юркин

В Музее «Гараж» проходит Триеннале российского современного искусствана которой представлены работы более 6художников из 40 городов страны. Научный отдел составил подборку книг, посвященных современному искусству разных регионов России.

Край бунтарей. Современное искусство Владивостока. 19602010-е.

М.: Maier Publishing, 2016. — 144 с.

Издание приурочено к одноименной выставке, прошедшей в Центре современного искусства «Заря» во Владивостоке в 2015–2016 гг. Экспозиция включала произведения 23 художников, мало известных за пределами Приморья.

Для кураторов Алисы Багдонайте и Веры Глазковой важным было показать прежде всего «неофициальное» искусство региона, сделав упор на его концептуальную ветвь и вписав его в общероссийский художественный контекст. В каталоге опубликовано несколько статей, авторы которых предлагают различные подходы к изучению представленных в проекте работ.

Искусствовед Наталья Левданская в статье «1960–1970-е — нонконформизм или андеграунд» акцентирует внимание на особой закрытости Приморского региона и Владивостока в силу их приграничного статуса — по этой причине объективных условий для появления «другого» искусства здесь почти не существовало. Неофициальное искусство края в итоге основывалось на живописи, авторы которой, несмотря на, казалось бы, роднящий их экспериментальный характер работ, не смогли объединиться или организовать хотя бы одну коллективную выставку. Актуальная художественная среда в регионе зародилась с появлением здесь художественных групп («Владивосток», «Штиль», «Триада») и частных галерей и салонов («Артэтаж», «Арка» и др.). Однако в своей карьере местные авторы ориентировались в большей степени на соседние страны — Китай, Корею, Японию — и потому зачастую оставались невидимыми для российского искусства.

В статье Арсения Штейнера «Близкий Дальний Восток» поднимается вопрос невозможности для современников адекватно описать реальный художественный процесс. Юлия Лидерман в тексте «Документ революции (заметки культуролога)», напротив, представляет убедительную методологию анализа этого процесса — через реконструкцию контекста конкретных произведений.

Кураторы выставки и составители каталога не ограничили свой выбор лишь признанными «неофициальными» художниками края, но включили в этот ряд молодых художников, среди которых проект «33+1», Кирилл Крючков и Алексей Круткин. И это делает проект по-настоящему интересным.

Настоящий каталог — одна из важнейших попыток ввести в научный оборот не только новые имена, но и историю искусства целого края. Вопрос же, каким образом произведение, возникшее в локальном контексте, может продолжить жизнь за его пределами, остается открытым. И. Б.

Художественный журнал. 2000. № 4 (33). Регионы

 

2000 году «Художественный журнал» посвятил выпуск (№ 33) исследованию художественной ситуации в регионах. Конечно же, в основном речь шла о регионах России. Выводы были неутешительными: в большинстве из рассмотренных в статьях городов не было ни музеев и галерей, ни критики, ни возможности получить образование в сфере современного искусства. Все существующее создавалось силами самих художников и, за редким исключением, почти не получало организованной поддержки («Обходя окрестности Онежского озера», М. Юфа).

Высказывание Александра Ложкина: «…в Новосибирске есть два современных художника. Или три» — из статьи «Новосибирская зона» о ситуации в его родном городе можно счесть справедливым для многих городов страны. И тем не менее, как бы узок ни был круг современных художников, в какой-то момент он начал расширяться — то ли под воздействием появлявшейся информации, то ли по своим внутренним законам. Но в действие, как всегда, вступали центростремительные силы, и многие авторы предпочли попытать счастье и перебраться в метрополию. «…Художник жив архаическим мифом о столице… <…> …где его "поймут" и "оценят" и оставят жить», — резюмировала Светлана Мартынчик в статье «Особенности провинциальной никомуненужности».

Особняком всегда стоял Петербург, с бедной, но веселой богемой, со своими сложившимися сообществами и контекстом. «Пожалуй, Питер есть зона последнего "великого расслабона"…» — писал Дмитрий Виленский в тексте «Искусство траты».

В то же время Москва, представляющаяся наиболее прогрессивной и задающей тон в современном искусстве внутри России, по отношению к Западу испытывает тот же комплекс провинциальности. Открывающая номер статья Кендела Гирса ставит остающийся до сих пор актуальным вопрос о необходимости децентрализации мира и искусства. М. К.

Искусство против географии

М.: ООО «Арт Гид», 2011. — 64 с.

В предыдущие годы российские кураторы и художественные институции также предпринимали попытки работать с художниками из регионов России. Одним из примеров можно считать проект «Искусство против географии», организованный Маратом Гельманом в рамках 4-й Московской биеннале современного искусства (2011).

Выставка была подготовлена «Культурным альянсом», который сам Гельман определял как созданную им «некоммерческую организацию», задачей которой было познакомить Москву с художественной ситуацией в российских городах и «превратить московскую художественную сцену в российскую», функционируя как «продюсерское агентство для художников». В «Культурный альянс» впоследствии была переименована московская галерея Гельмана. К настоящему моменту свою деятельность она прекратила, но в библиотеке «Гаража» есть множество публикаций, посвященных ей.

На выставке 2011 года были представлены работы художников из Санкт-Петербурга (Владимир Козин, Екатерина Флоренская), Перми (Михаил Павлюкевич и Ольга Субботина), Уфы (Тимофей Дорофеев, Ринат Волигамси), Екатеринбурга (Дарья Захарова, Евгения Михеева и Татьяна Комова), Самары (Алиса Кот-Николаева), Тольятти (Михаил Лезин) и других городов страны, в том числе из тех, что охвачены нынешней Триеннале «Гаража», но с другим списком участников.

В отличие от Триеннале, «Искусство против географии» отражало вкус одного-единственного куратора. Любопытно, что сам проект явился «перевертышем» другой выставки, которая носила точно такое же название, но прошла в 2000 году в Русском музее и была целиком посвящена деятельности галереи Марата Гельмана. Этот каталог также имеется в фондах библиотеки «Гаража». В. Л.

Другая столица. Современное искусство Санкт-Петербурга сегодня: каталог выставки

СПб.: Государственный центр современного искусства, 2014. — 240 с.

Издание представляет собой каталог одноименной выставки, посвященной новому искусству из Санкт-Петербурга и прошедшей в 2014 году в Музее Москвы. Одновременно он — попытка систематизировать и связать в единую наррацию работы участников «Другой столицы», избежав опасности оказаться простым справочником. Помимо вводных статей кураторов проекта Евгении Кикодзе (Музей Москвы) и Олеси Туркиной (Русский музей), здесь приведены тексты художников: интервью с ними, емко сформулированные авторские кредо, размышления о своем окружении и пр.

Ближе всего к основному каталогу расположены тексты о наиболее заметных тенденциях петербургской художественной жизни: «простое искусство» группы «Паразит», формализм Петра Белого и политические исследования «Что делать?». Далее следуют чуть менее масштабные, по словам Кикодзе, «идейные локомотивы»: неоакадемизм, некрореализм, «Пушкинская-10», арт-сообщество на проспекте Непокоренных. Кикодзе в своем тексте проводит параллели между тенденциями в московском и петербургском искусстве, сопоставляя «Паразит» с сообществом-мастерской на ул. Буракова в Москве, группу «Что делать?» с феминистской панк-группой Pussy Riot, Петра Белого и галерею «Люда» — с ныне не существующей столичной галереей Random.

Кураторы признают, что представленный срез далеко не полный и не отражает все культурные слои Петербурга. Сюда не вошли Георгий Гурьянов, Владислав Мамышев-Монро, Тимур Новиков, Сергей Бугаев (Африка) и многие другие. «Другая столица» остается «другой» только для Москвы. Как заметила галерист Анна Баринова, «человек со стороны никогда не отличит петербургское искусство от московского». В то же время невозможно представить зеркальный проект в Петербурге — скажем, в Музее истории города. Сам принцип отбора и сведение к «общему знаменателю» — в данном случае городскому — остается сугубо московским подходом. М. Ш.

Живая Пермь. Культурный текст

Пермь: PERMM, 2012. — 299 с.

Издание посвящено «культурной революции», прошедшей в Перми с 2008 по 2013 год, и представляет собой дайджест состоявшихся фестивалей, выставок и «реформ». По структуре книга напоминает каталог выставки или фестиваля, но массив информации, собранный в ней, охватывает значительно более широкий феномен — эксперимент по конструированию в отдельно взятом российском городе «художественного кластера» по примеру британского Шеффилда.

Помимо перечисления выставок Музея современного искусства PERMM, фотографий и описаний паблик-арт-объектов, здесь собрана краткая информация о традиционных культурных маркерах территории: строгановской иконе и шитье, средневековой бронзовой пластике, Сергее Дягилеве и оперном театре. В книге есть статьи, посвященные успешным инициативам современных культуртрегеров — музею ГУЛАГа «Пермь-36» и фестивалю документального кино «Флаэртиана». Наибольший интерес представляет статья под названием «Пермский андеграунд» Анны Суворовой, которая повествует о группе арт-активистов начала 1990-х «Нехудожники — друзья постмодернизма», занимавшихся визуализацией современных философских теорий.

Качество полиграфии и дизайн книги, кажется, вторят масштабам культурного эксперимента, прошедшего в Перми и обещавшего поставить город в один ряд с культурными столицами Западной Европы. Но только вот, листая его, трудно понять, что все-таки является важнейшим событием в истории региона: «звериный стиль» или рэпер Сява, Теодор Курентзис или сериал «Реальные пацаны»? Ю. Ю.

 

Почтовая рассылка

Подпишитесь на нашу рассылку и получайте новости о последних мероприятиях Музея «Гараж» первыми